Таганка

Люди БГ: бабушка Неонила, которая продает картины у «Марксистской»

Люди БГ: бабушка Неонила, которая продает картины у «Марксистской»
Алексей Турчин

Многие жители Таганки видели бабушку, которая продает свои картины у метро «Марксистская». Алексей Турчин, писатель, автор книги «Футурология. XXI век: бессмертие или глобальная катастрофа» и коллекционер наивного искусcтва, побывал у бабушки Неонилы в гостях и рассказал БГ историю ее жизни

Историю о том, что на «Марксисткой» бабушка торгует наивными картинами, я слышал уже давно. Все собирался сходить, но шансы найти ее были невелики. Я и вовсе забыл о бабушке, когда шел подавать документы во Французский визовый центр. И вдруг увидел ее — морщинистое лицо, синий плащ и маленькие картины в руках. Сразу понял, что нашел то, что искал. И понял это не я один: вокруг толпились люди, активно покупали картины, буквально вырывали из рук. Благо цены на них были доступные — от 100 до 1 000 рублей.

Когда я был маленьким, моя мама, искусствовед Ксения Богемская, позвонила мне и попросила приехать к рынку — она купила у человека на улице столько картин, что не могла сдвинуться с места. Это был Василий Григорьев, который затем стал одним из самых известных наивных художников.

Кроме того, мама рассказывала мне историю о том, как была открыта Грандма Мозес. Ее картины случайно увидел в окне аптеки в 1938 году нью-йоркский коллекционер Луис Кальдор, купил все, что было, поехал к ней домой и купил оставшееся. В тот момент Мозес было 80 лет, она дожила до 101 года.

Помня мамины рассказы, я тоже купил все работы бабушки с «Марксистской». Это были нежнейшие пейзажи, немного неуклюжие цветы, изображения животных и сельской жизни.

Неонила родилась в Белгородской области в селе Большое Троицкое в 1923 году. То есть сейчас ей 90 лет. У нее живой ум и красивая старорусская речь. Она много рассказывает о войне. О том, как их деревня оказалась на оккупированных территориях, и в их дом пришли две женщины-еврейки, которые попросили их спрятать. Их переодели в крестьянское платье, обучили особенностям крестьянской жизни, и так они жили год. И вот однажды к ним в дом вошел немецкий патруль и… (я сразу вспомнил сцену из фильма «Бесславные ублюдки» Тарантино). Но здесь все закончилось благополучно, и евреек не опознали.

Потом немцы отступили из этой области, и Неонила оказалась медсестрой на Курской дуге. В их госпитале не было даже бинтов. Люди один за другим умирали от гангрены. Один солдат гнался за ней по коридору, требуя дать хоть какое-нибудь лекарство от гангрены, а она убежала и спряталась у врача. На следующий день солдат умер, и его положили в промерзший сарай, где крысы вбегали в открытые рты замерзших тел. Она писала письма, в основном похоронки.

После войны Неонила вышла замуж, уехала в Абхазию и там работала бухгалтером. Вышла на пенсию еще при СССР и начала рисовать в свое удовольствие. Весь ее дом был заполнен картинами.

В 1991 году началась война с Грузией. Боевики ворвались в ее дом и похитили все картины: решили, что они очень дорогие и их можно продать. Какое-то время Неонила жила в разоренном доме, а потом перебралась в Москву с дочкой и внучкой. Сначала они жили как беженцы, и чтобы обеспечить себя и семью, бабушка начала рисовать «открытки», как она их сама называет, и продавать их у метро.

Сейчас Неонила очень редко выходит к метро, так как здоровье ее ослабло. Но эти выходы важны для нее не только как способ заработать прибавку к пенсии, но и как шанс ощутить свою значимость для других людей. Ей нравится видеть, как люди толпятся у ее картинок, это дает ей волю к жизни. Я надеюсь, что когда-нибудь она станет столь же знаменитой, как Грандма Мозес, Григорьев, баба Люба Майкова, Суворов, Волкова.

Читайте также: Картинами бабушки Неонилы заинтересовались в Германии и Великобритании