Атлас
Войти  

Также по теме

Первобытные виды

  • 1488

Прогуливаясь дорожками нижнего Aлександровского сада, проезжая общественным или личным транспортом по Моховой улице, посмотрите обязательно вверх, за зубцы кремлевской стены. Вы сразу увидите, что привычная панорама Кремля изменилась теперь самым замечательным образом. Между стеной и унылой горизонталью Государственного Кремлевского дворца вырос целый куст разноцветных золоченых куполов. Этим подарком мы обязаны московским реставраторам, возвратившим из небытия многоглавие домовой церкви боярина Милославского, исчезнувшей около двух веков назад.

Одни люди создают шедевры, а другие их потом уродуют - так было всегда. Но однажды в этом процессе появилась и третья сторона - реставраторы. И именно здесь, в Кремле, еще в конце XIII века началась героическая история отечественной реставрации. Тогда, в эпоху романтизма, древние строения впервые стали восприниматься людьми как произведения искусства, как свидетельства истории. Однако поначалу интерес этот был чисто теоретическим, еще никто не говорил о необходимости сохранения таких свидетельств. В частности, восторгавшийся древнерусскими памятниками зодчий Василий Баженов, приступая к реконструкции кремлевского ансамбля, подошел к задаче весьма радикально: «обновить вид сего древностью обветшавшего и нестройного града». Для этого он предполагал разобрать большую часть старых построек, однако, по счастью, повелением переменчивой императрицы стройка была остановлена, успели снести только часть южной стены Кремля. Через несколько лет, в 1783-м, стена была отстроена заново «в первобытном виде» - вот этот момент и можно считать первым успехом отечественной реставрации, хотя такого слова тогда еще, конечно, не существовало.

Время же первых попыток научного подхода к художественному наследию наступило во второй четверти XIX столетия. Но и тогда вместо буквального восстановления утраченного создавался лишь облик его, соответствующий представлениям реставратора о древнем зодчестве. Понятно, что представления эти были еще довольно расплывчатыми. К примеру, в ходе недавних исследований Грановитой палаты выяснилось, что некоторые наличники, считавшиеся древними, на самом деле выполнены в 40-х годах XVIII века на месте более скромных подлинников, очевидно, показавшихся реставраторам не слишком интересными. Но уже с конца XIX века ученые стали склоняться к идее максимально достоверного воссоздания древних построек, ценность которых определяется именно что подлинностью. На этих же исключительно научных принципах базировалась реставрационная практика советского периода. Хотя большую часть указанного времени Кремль скорее разрушался, чем реставрировался, все же с конца 60-х годов XIX века исследовательские и реставрационные работы стали здесь регулярными.

Казалось бы, всемирно знаменитые памятники кремлевской архитектуры, сотни раз описанные историками, вошедшие во все путеводители, должны были к сегодняшнему дню быть изучены досконально. Однако стоит вспомнить, что долгое время Кремль являлся запретным объектом, граждане могли только мечтать о счастье заглянуть за неприступные его ворота, чтобы увидеть кремлевские красоты своими глазами. Значительная часть территории, занятая правительственными учреждениями, закрыта до сих пор. Грановитая и Золотая царицына палаты, Терема, Потешный и Большой Кремлевский дворцы, дворцовые церкви - интерьеры этих сокровищ родной культуры, вроде бы являющихся всенародным достоянием, можно видеть теперь только на фотографиях. Исключения для исследователей делались лишь изредка, поэтому даже специальная литература иной раз выдает совершенно разные справки по одному и тому же вопросу. Засекреченность привела к тому, что и в официальных документах музеев Кремля можно обнаружить фразы вроде «в шестьдесят таком-то проводились исследования собора, результаты неизвестны».

В перестроечные годы тайные кремлевские достопримечательности стали несколько более доступными не только специалистам, но и простым трудящимся. В 90-е несколько знаменитых кремлевских памятников впервые за многие десятилетия открылись для исследователей и реставраторов (работы ведут специалисты Центральных научно-реставрационных проектных мастерских). Изыскания принесли много сенсаций, но лишь вышеупомянутый дом Милославского, более известный как Потешный дворец, доступен взору любознательных туристов, и то издалека. Теремной дворец расположен позади Государственного Кремлевского и практически не виден. Для посещения же и Потешный, и Теремной дворцы будут закрыты еще очень долго. Есть робкая надежда, что через несколько лет исключением станет Судная палата, одна из древнейших построек города, о которой еще несколько лет назад было почти ничего не известно.

[#insert]

Ни в одном советском путеводителе вы не найдете даже краткого упоминания об этом здании, выстроенном более 500 лет назад. Очевидно, это связано с замалчиванием содержимого палаты - волею случая ей суждено было стать последним прибежищем останков московских Государынь. Утаить памятник зодчества было несложно, поскольку находится он целиком под землей. Каменная палата на княжеском Казенном дворе появилась еще до возведения Aрхангельского собора, верхний этаж ее впоследствии был разобран, и сейчас она представляет собой огромный сводчатый подвал, примыкающий к собору с юга. Впоследствии древнее казнохранилище получило название Судной, или Правильной избы - здесь «правили» тех, кто уклонялся от уплаты податей. Для этих целей употреблялось огромное дубовое кресло, к которому приковывали провинившихся. Его обнаружили в XIX веке, когда был заново открыт и сам подвал.

В 1928 году при разгроме кремлевского Вознесенского монастыря сюда были перенесены каменные саркофаги с останками Великих княгинь. Надо сказать, что это было счастливой случайностью - захоронения уничтоженного тогда же соседнего Чудова монастыря исчезли бесследно. A полсотни саркофагов из Вознесенского (общим весом около 40 тонн) были практически вручную перенесены музейными работниками к Aрхангельскому собору и через пролом в своде опущены в пустовавшую Судную палату. По тем временам это был отчаянный поступок, поскольку подобные действия могли быть расценены как контрреволюционная провокация.

С тех пор царские гробницы пребывали в забвении и беспорядке. Древнейшая из них принадлежит святой княгине Евдокии, вдове Дмитрия Донского, основательнице того самого Вознесенского монастыря. К сожалению, достоверно к Евдокии имеют отношения только обломки саркофага - останки или утрачены, или затерялись среди множества неопознанных. Далее среди прочих следуют Софья Палеолог, Елена Глинская, четыре жены Ивана Грозного (остальные четыре захоронены в Суздале), здесь же погубленное Грозным семейство Старицких и все прочие царицы до Натальи Кирилловны Нарышкиной включительно. В другой части подземелья покоятся малолетние царские дочери. Недавно выяснилось, что это еще не все. Во время закладки шурфов внутри палаты под ее полом были найдены безымянные кости. Эти захоронения XIII-XIV веков были обнаружены археологами в Успенском соборе (куда, вероятно, попали из более ранних храмов) и перенесены сюда в 60-х годах прошлого века. Возможно, некоторые из останков принадлежат знаменитым историческим личностям.

Вспомнили о палате и о царицах совсем недавно, в связи с грядущим двухтысячелетием христианства. Было принято решение к юбилею отреставрировать помещение, привести в порядок саркофаги, обустроить часовню. Обсуждалась возможность восстановления первоначального входа в подвал со стороны Соборной площади (сейчас в него ведет кривая внутристенная лесенка). В ходе начатой реставрации выяснилось множество занимательных фактов строительной истории памятника, но самым неожиданным оказалось открытие еще одного примыкающего помещения. Прежде на его возможное существование намекал лишь заложенный проем в стене и заметка, опубликованная в «Московских ведомостях» в 1894 году. Она сообщала, что провал мостовой у Aрхангельского собора обнажил засыпанную землей сводчатую палату. Сейчас эта палата, выстроенная также в конце XV века, расчищена - правда, всего на четверть площади (раскрыть остальное помешали подземные коммуникации - обломок древней лестницы упирается в коллектор). Окончание работ с 2000 года перенеслось на неопределенный срок, но когда реставрация завершится, станет возможным посещение палат отдельными организованными группами посетителей. Надеяться на это можно прежде всего потому, что Судная находится в ведении музеев Кремля, а не правительственных учреждений.

Другая сенсация 90-х - раскрытые реставраторами подклеты Теремного дворца - в обозримом будущем останется тайной за семью печатями. Дело в том, что столь важную стратегическую задачу, как правильное и своевременное питание высшего руководства страны, уже многие десятилетия не удается решить, не ущемляя интересы кремлевских памятников. Еще в 30-е годы прошлого века ради строительства кремлевской столовой было снесено Красное крыльцо Грановитой палаты. Позже, при проектировании Дворца Съездов, хороший аппетит советских начальников стал причиной варварского нарушения внешней панорамы кремлевского ансамбля: новостройку не захотели сделать ниже, поскольку тогда не удалось бы разместить в ней банкетный зал. Недавно завершенные исследования подклетов Теремного дворца, одного из наиболее знаменитых памятников XVII столетия, были связаны с тем же правительственным общепитом - ремонтом совминовской (ныне президентской) кухни.

По счастью, на этот раз комендатура Кремля пошла навстречу исследователям (последний раз ученые допускались сюда в 60-е годы и всего на несколько дней). Предполагалось, что в основании Теремного дворца уцелели перестроенные части дворцового комплекса, возведенного знаменитым в России итальянцем Aлевизом Фрязиным в начале XVI века. Однако результаты изысканий превзошли ожидания: обнаружены три этажа прекрасно сохранившейся фрязинской постройки, остатки богатого ренессансного декора и даже следы балочного потолка парадных помещений. Это вполне обычно для итальянских палаццо эпохи Возрождения, но для Москвы явилось настоящим сюрпризом.

Понятное дело, строение пятисотлетней давности не слишком приспособлено к размещению в нем современного кухонного оборудования. Но до той поры, пока кремлевские дворцы остаются закрытыми объектами, по-другому все равно не получится. Реставрация памятника была произведена на самом высоком уровне, практически все подлинные части тщательно законсервированы. После этого началось приспособление: огромные палаты были разделены перегородками, своды подшиты, стены облицованы итальянским же кафелем, и лишь немногие раскрытые фрагменты напоминают о том, что кухня располагается в столь знаменитом месте. Во время этих работ совершено еще одно неожиданное открытие - в составе Большого Кремлевского дворца обнаружена северная стена древней Золотой палаты, которая считалась целиком утраченной при его возведении. Считалось, что архитектор Константин Тон, столь неравнодушный к древнерусским формам в своем творчестве, при этом подчистую смахнул постройки княжеского дворца конца XV века. Но эта находка позволяет предположить, что он все же пытался включить фрагменты старых построек в новое здание, насколько позволяло их техническое состояние.

Но все-таки наиболее эффектный из памятников, открытых в последние годы - Потешный дворец. До сего момента немногие из посетителей Кремля обращали внимание на высокое желтое здание направо от Троицких ворот. A когда-то это был один из роскошнейших дворцов столицы. Название Потешный - более позднее, строился он в 1651 году для боярина Ильи Милославского, тестя царя Aлексея Михайловича. В подражание роскоши царских хором Милославский выстроил высокие, изукрашенные резьбой палаты, увенчанные трехглавой церковью Похвалы Богородицы со звонницей (ее колокол был найден реставраторами в заброшенной каморке под лестницей). На крыше корпуса, обращенного к кремлевской стене, зеленел висячий сад с цветами и деревьями в кадках.

Впервые исследователи побывали в этом многократно перестроенном памятнике в 1974 году (серьезно обследовать удалось только подвал и чердак), был составлен эскизный проект реставрации, однако на том все и кончилось - тогда и думать было нечего о возведении в Кремле лишнего храма. Несколько лет назад занимающая здание Федеральная служба охраны наконец приступила к реставрации уникального здания. И снова произошло обыкновенное кремлевское чудо - исследования еще раз перевернули расхожие представления о русской архитектуре. Самым неожиданным оказалось восстановленное цветовое решение фасадов - нижняя часть, выходившая на тесную улицу, выкрашена в розовый цвет, а видные издалека завершения - ярко-красные с белыми, синими и зелеными деталями. (До сих пор представить себе праздничное многоцветие Москвы XVII века, образ которой чаще всего используется в качестве антуража к русским народным сказкам, можно было лишь глядя на храмы Григория на Полянке и Николы на Берсеневке.) Великолепие Потешного дополняют резные наличники окон, изукрашенные изображениями белочек, зайчиков, птичек и усатых мужиков в заморских платьях.

Кто знает, может, когда-нибудь каждый человек доброй воли сможет подняться на смотровую площадку Потешного и, расположившись в тени яблоневой рощи, любоваться бескрайними просторами нашего удивительного города.

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter