Атлас
Войти  

Также по теме

«Помимо прочего, учиться актерскому искусству ужасно весело»

В апреле в Москве открывается актерская школа Cinemotion Acting School под руководством актрисы Ингеборги Дапкунайте. Ее партнерами станут лондонская British American Drama Academy и драматическое отделение California State University. Среди российских преподавателей — режиссеры Валерий Тодоровский и Эдуард Бояков, актер Вениамин Смехов. За месяц до открытия Ингеборга Дапкунайте рассказала БГ о меняющемся московском театре, школе для актера-фрилансера и Малковиче-педагоге

  • 9047
Ингеборга Дапкунайте

Ингеборга Дапкунайте

— Что будет представлять собою ваша школа?

— Мы начинаем с небольшого двухмесячного курса, рассчитанного примерно на 15 человек, который стартует в апреле. Он предназначен для тех, кто ничего не знает о профессии, но хочет попробовать — и затем, возможно, поступить на двухлетнюю программу, которая заработает с сентября. Чуть позднее запустятся курсы и мастер-классы для более опытных людей, которым хочется глубже изучить тот или иной предмет. У Вениамина Смехова, например, будет свой спецкурс по комедии, и я с удовольствием сама похожу на него. Кроме того, мы собираемся приглашать и американских коучей, хотя в целом преподавателей из-за рубежа у нас будет не очень много.


— Чем коуч отличается от педагога?

— Есть, скажем, начинающий актер, получивший роль в фильме или на телевидении. Но у него нет достаточного опыта, и он хочет эту роль с кем-то подготовить. Коуч — тот человек, к кому он может обратиться. Это распространенная и старая практика. Скажем, рядом с Монро был такой человек. Еще на Западе широко распространены постоянные актерские тренинги. Известно, что у Аль Пачино в Нью-Йорке есть место, где он постоянно практикуется. Есть коучи по движению, по речи, а работа с ними — как исполнение гамм для музыканта или утренняя разминка у станка и работа с педагогом у балетных артистов. У драматических актеров почему-то это гораздо меньше распространено. Так вот, моя мечта — создать центр, куда актер мог бы прийти и поработать. Ведь для актера-фрилансера очень важный вопрос: что ты делаешь во времена простоя для того, чтобы себя усовершенствовать?


«Когда актер сидит и ждет, что ему кто-то позвонит, — это нонсенс»

— Сейчас список преподавателей вашей школы состоит в основном из кино- и театральных режиссеров. Но также в нем есть, например, и несколько кастинг-директоров. Для чего?

— Мы постараемся, чтобы наши ученики встретились с наибольшим количеством практиков и людей, которые работают в бизнесе. Нужно, чтобы молодые актеры понимали свои возможности. Но также и ограниченность возможностей.

Сейчас очень важно, есть ли у актера CV, нормальные фотографии, свой сайт и т.д. Недавно я вела мастер-классы в «Гараже», и на одной из встреч мы разговорились с девушкой. Она рассказала, что работает в рекламе, поэтому ей часто нужны исполнители. Увидев того или иного актера, ей хочется пойти в интернет и сразу же получить о нем максимум информации — но ее обычно там нет. Я не хочу сказать, что если это сделать, то получишь сразу 50 ролей. Но если у тебя есть смекалка и энергия, можно очень многое сделать, чтобы улучшить свои шансы. Когда актер сидит и ждет, что ему кто-то позвонит, — это нонсенс.


— Курсы будут платными?

— Те, что начнутся в апреле, — да. Но для обучающихся на двухгодичном курсе мы хотим уже этой осенью ввести стипендии, а впоследствии, возможно, сделать то же и на двухмесячных.


— В чем вы видите основные отличия вашей школы от ГИТИСа или любого другого высшего учебного заведения, выпускающего актеров?

— Потихоньку создаются театры нового типа вроде «Театра наций» или «Практики». Конечно, постоянные труппы пока существуют — это традиция русского театра. Школы вроде фоменковской — прекрасные, но это отдельное явление. Как, скажем, Театр Пины Бауш. Это такие закрытые страны, в которых творится искусство. Эти школы сами по себе произведения искусства. Но я думаю, что чем дальше, тем реже актеры будут иметь свой театр-дом. И в этих театрах тоже будут работать фрилансеры.


«чтобы играть на английском языке на сцене, мне пришлось пройти через мясорубку»

— В России немало актерских школ. Почему вы думаете, что на вашу будет спрос? 

— Некоторые из тех, кто сейчас работает на телевидении, не имеют достаточного образования. Они хотят это возместить и чему-то научиться, а пройти обучение в театральном вузе у них часто нет возможности. Впрочем, наша мечта — чтобы школа существовала совместно с высшим учебным заведением, такие планы есть. Во-вторых, я думаю, со стороны киноиндустрии будет расти спрос на актеров.

Будем стараться, чтобы они научились работать в разных системах, имели бы большое количество инструментов и могли бы выбрать, какой методикой им лучше руководствоваться. Впрочем, часто методики пересекаются, актерское мастерство невозможно расчленить. Сейчас мир вокруг очень быстро меняется, и актеров это тоже касается. Десять лет назад мы видели жесткое разделение западной индустрии, особенно американской, на кино- и телеактеров. Сейчас все изменилось, медиа смешиваются.


— Какой была актерская школа в Литве, когда вы ее заканчивали?

— Я окончила актерский факультет Литовской консерватории, и мне повезло — по тем временам у нас был очень продвинутый учитель, Йонас Вайткус. Он нам нанял кучу разных, иногда странных, преподавателей. Например, нам преподавали карате, что в те времена было просто немыслимо.


— Наверное, немало пришлось работать с преподавателями, перед тем как вы начали играть в лондонских и американских театрах на неродном английском?

— У меня был неплохой, полученный в спецшколе язык. Плюс мои родители нанимали мне учительницу, когда мы жили на Цейлоне. Но как бы хорошо я ни говорила, чтобы играть на языке на сцене мне все равно пришлось пройти через мясорубку. Главным моим педагогом в чикагском театре Steppenwolf был партнер по спектаклю Джон Малкович, каждый день остававшийся после репетиций и занимавшийся со мной. Мне повезло встретиться с замечательным преподавателем речи Джоан Вашингтон, работавшей с Мэрил Стрип. Она приходила после спектакля и делала нам замечания по речи — после нее режиссеру оставалось нам только повторять: «Об этом вам уже говорили. И об этом тоже».


— В школе будут курсы актерского искусства для непрофессионалов?

— Возможно, отдельные курсы для не актеров начнут работать уже этой осенью — в основном для тех, кому много приходится выступать публично, говорить речи и давать интервью. Часто можно услышать жалобы: как только человек садится в кадр, он цепенеет и говорит косноязычно, а понять, почему так происходит, не может. Но есть и те, кому актерское искусство просто интересно, — ведь, помимо прочего, учиться этому ужасно весело.

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter