Атлас
Войти  

Также по теме Взрослые о детстве

Взрослые о детстве: Доктор Лиза

Глава фонда «Справедливая помощь», известный детский врач-реаниматолог Елизавета Глинка, известная под псевдонимом Доктор Лиза, рассказала БГ, каким она была ребенком

  • 9422
lisa.jpg

 В детстве вы жили в Москве? 

— Да, я родилась в Москве. Моя мама была врач, папа — военный. Я выросла, училась и жила в Москве до 23 лет, а потом уехала в США, потому что вышла замуж.

— У вас есть какое-то воспоминание из детства, которое можно было бы назвать самым радостным?

— Наверное, у меня было очень хорошее детство, потому что этот период я сейчас вспоминаю как сплошной праздник. К какому-то конкретному событию это не привязано. Ну, если совсем что-то детское вспоминать, я помню, как мне подарили кукольный домик. Квартиру для кукол, деревянную. Это первое, что я помню, — как я была счастлива. Мне было лет пять. Помню даже запах этой упаковки. Купили, наверное, в «Детском мире». Из раннего детства запомнились именно подарки на дни рождения: один раз были немецкие куклы, другой — кукольный домик. 

— А какое самое грустное воспоминание?

— Когда мне было 14 лет, то у моего дяди, брата моей мамы, умерла жена. И буквально через несколько лет он тоже умер. Когда умерла жена, моя мама забрала их двоих детей к нам. Я помню, как изменилась наша жизнь. Мы жили в двухкомнатной квартире, хрущевской. Мы всегда были вдвоем с братом — и вдруг нас стало четверо. Мама просто купила две новые кровати, и так мы стали жить вчетвером. Младшему двоюродному брату Роме было пять лет, второму мальчику — 13. Рома был совсем маленький. Он вообще не понимал, что случилось. Как так, была мама — и вдруг ее нет. Она трагически погибла. Сейчас я понимаю, как тяжело было нашей маме, а тогда считала, что тяжело нам. Мне не хотелось, чтобы они жили в моей комнате. Нас было двое, и у нас была своя семья. Этот момент я, конечно, запомнила — это было тяжело. Тогда я в первый раз кого-то хоронила. 

— У вас была в детстве материальная мечта?  

— Я всю жизнь мечтала о деревянной лошадке с настоящей гривой. С качалкой. И чтобы она была как настоящая маленькая лошадка. Я их видела, кажется, только на фотографиях или в кино — не знаю. Она качается, у нее стеклянные глаза и настоящая грива — вот это была моя материальная мечта. Я до сих пор мечтаю о такой лошадке, но не хочу, чтобы эта мечта исполнилась. Иначе у меня уже не будет этой мечты. Мне казалось, что это немецкая лошадка. Пегая, с гривой и стеклянными глазами. 

— За какой поступок вам до сих пор стыдно?

— Да, меня как-то оставили сидеть с моим младшим двоюродным братом, который был сиротой. Он очень сильно капризничал. Он ел клубнику, а я должна была ее чистить. Мне это надоело, и я взяла эту клубнику и в него бросила. Не только бросила — я еще размазала ему по лицу: «Ты наешься или нет?!» Он испугался и заплакал. Мне до сих пор стыдно. Ему было пять лет. Он мне надоел, потому что у меня были какие-то дела, подружки, а меня оставили с ним сидеть. А он все твердил: «Я хочу еще клубнику, я хочу еще клубнику!» А он много уже съел. Я не сдержалась. Урок мне на всю жизнь — сейчас я стараюсь свои эмоции контролировать. Помню, как он орал, весь измазанный этой клубникой. Как он плакал. Ему не было очень больно — просто он не ожидал такого и испугался. 

— Дети часто думают о чем-то, что делают их родители: а я так никогда делать не буду. У вас что-то такое было?

— Я была подростком и сказала своим родителям — не хочу, чтобы вы меня контролировали. Когда пришла, когда ушла, когда села за уроки. Не было ведь мобильных телефонов: «Лиза, в девять ты должна быть дома — и точка». Я думала, что никогда так делать не буду. Сейчас у меня трое детей, и я делаю то же самое. 

— Как они реагируют?

— Так же, как я в детстве.
 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter