Атлас
Войти  

Также по теме Частное дело

Частное дело. FreeLabs

В FreeLabs за 100 рублей в час можно получить чай, сладости, материалы для творчества и настольные игры. Здесь проходит множество концертов, мастер-классов и фестивалей. БГ узнал у создателей проекта, как объединить творческих людей в заведении, где не продают алкоголь

  • 7772
Команда FreeLabs

В центре Москвы в особняке Лорис-Меликова, XIX века, появилась творческая усадьба FreeLabs. Это свободное арт-пространство, работающее в формате антикафе: за 100 рублей в час здесь предоставляют чай, сладости, материалы для творчества и настольные игры. Здесь проходит множество творческих мастер-классов, курсов, фестивалей, спектаклей, концертов — за них посетители платят дополнительно, организаторам же место предоставляется бесплатно.



Илья Теплов
_____

генеральный директор

«Мне хотелось сделать какое-то свободное пространство для творчества, в первую очередь для себя, для своих друзей, для реализации каких-то своих идей.

У меня до этого был клуб «Артклаб» на «Павелецкой», мы пытались воплотить идею безалкогольного клуба — чтобы там не курили, не пили и при этом что-то проиcходило интересное. В Москве таких мест мало, и если они есть, то с какой-нибудь идеологией — религиозной или политической например. Я не имею ничего против алкоголя, но бывают культурные пространства, в которых хочется творить и не нужно никаких дополнительных допингов. Если смотреть с экономической точки зрения, алкогольное пространство на порядок проще окупать, но можно найти и другие модели». 


— Как все устроено — 

Татьяна Быкова, руководитель пиар-службы: FreeLabs — это пространство, куда может прийти каждый. Чай, кофе, печенье, материалы для творчества, настольные игры, вайфай — это все входит в сто рублей, которые человек платит за час пребывания.

Человек может прийти, сделать какой-нибудь подарок, разработать какой-нибудь творческий проект с друзьями, порепетировать с ними в Мраморном зале, если там в этот момент не проходит какое-нибудь мероприятие.

У нас проходят мастер-классы, лекции, концерты, курсы, перформансы, театральные представления, литературные вечера. От маленьких мастер-классов на два-три человека до глобальных событий в виде концертов или каких-нибудь фестивалей.

Недавно у нас был фэшн-маркет, а на рождественские праздники планируются балы — настоящие костюмированные балы в усадьбе XIX века. Люди уже три месяца ходят на мастер-класс по историческим танцам.

БГ: Как происходит оплата?

Татьяна Быкова: Через терминал. Администратор следит, чтобы посетитель положил столько, сколько он пробыл. Он просто говорит: «Вы платите 150 рублей», человек подходит к терминалу и платит сумму, а администратор не участвует в обороте денег. Это очень удобно — на электронную почту приходит отчет, по которому можно легко посчитать прибыль за день.

Наши постоянные клиенты покупают абонементы. Человек может заплатить 1 000 рублей и провести 20 часов, тогда один час стоит 50 рублей.

Впоследствии мы собираемся переходить на BioTime (биометрическая система учета рабочего времени. — БГ) — ты входишь, нажимаешь на BioTime, он фиксирует тебя в компьютере. На выходе снова нажимаешь, и программа сразу выдает, сколько времени ты провел у нас: «Два часа».

Илья Теплов: Если у нас проходят какие-то мастер-классы, то преподаватели иногда собирают со слушателей деньги, но это их личная история — нам они ничего не платят. Нам платят их клиенты за проведенное время.

Когда у нас проходят концерты, музыканты тоже берут деньги за концерт себе, а нам платит публика. Некоторые проводят концерты по системе donation, то есть они берут столько, сколько люди считают нужным. А кто-то фиксированную  плату берет.

Посетители сразу понимают, сколько денег берет себе мастер. Он никогда не может сказать: «Тут дорогая аренда, мне приходится брать две тысячи рублей». Благодаря такой схеме мастер-классы становятся прозрачными и относительно дешевыми.


«Мне хочется собрать коллектив, который научился бы и зарабатывать деньги, и заниматься творчеством»


— Бизнес —

Илья Теплов: Перед запуском проекта я долго думал над экономической моделью — как сделать так, чтобы людям было по карману, но при этом не совсем бесплатно. Мы открывались как эксперимент на год — хотелось обкатать все эти экономические схемы демократичной ценовой политики. От «donation» (пожертвования без фиксированной суммы — БГ) до формата антикафе.

Система «donation» не пошла. Первые два месяца мы работали так — сколько человек считает нужным, столько он оставляет, но вскоре поняли, что публика к этому еще не готова: приходят, хвалят, и большинство ничего не оставляет.

БГ: Когда планируете выйти на прибыль?:

Илья Теплов: В следующем году. Окупаемость клуба начинается в лучшем случае через полгода. Но у нас не совсем коммерческий проект. Зарабатывать проще в другом месте, а FreeLabs — не суперфинансовая история. Просто хотелось бы, чтобы она не ела много денег.

Мне хочется собрать коллектив, который бы научился бы и зарабатывать деньги и заниматься творчеством. Любой проект должен окупаться, любой проект должен не съедать ресурсы иначе он просто не выживет. Но бывают схемы работы, когда все сфокусировано только на деньгах и там творчество просто не может существовать.

Кто основные клиенты?

Илья Теплов: У нас очень много тренингов по живописи, так что где-то треть комьюнити — это художники. Рисуют прямо здесь — свет в усадьбе очень хороший. Очень много фотографов — фотосессии почти каждый день проходят. Наши друзья здесь декабрьскую обложку Officiel снимали. Большинство приходит на какое-то мероприятие — концерт, мастер-класс или что-нибудь другое.

Юлия Быкова, арт-директор: Вчера приходили представители объединения молодых художников — Суриковское училище, Глазуновская академия, Строгановка. Им нужно место, где они будут встречаться и общаться, обсуждать свои насущные дела.

Татьяна Быкова: Нам очень нравится, что творческие люди встречаются в нашем пространстве и потом начинают делать что-то вместе. Наш проект «Космическая новогодняя елка» сделали три совершенно разных коллектива, которые встретились в усадьбе, поняли, что они друг другу подходят.

БГ: Другие московские антикафе — ваши конкуренты?

Илья Теплов: Мы не собираемся с ними конкурировать, я дружу с Ваней Митиным (создатель проекта «Циферблат». — БГ), мы вообще вместе хотели открывать это пространство, но у Вани не получилось по внутренним ресурсам.

Татьяна Быкова: Получилось, что мы стали не конкурентами, мы просто все друг друга знаем и дружим, и когда мы открывались, дружественные пространства нам тоже частично в этом помогли.

Илья Теплов: У нас тут рядом открылось другое пространство.

Анастасия Попова, арт-директор: Ребята пришли к нам как волонтеры, когда мы ламинат клали.

Илья Теплов: Потом они рядом открыли собственную мастерскую на общественных началах, у нас даже общие преподаватели.

Анастасия Попова: Очень приятно, что мы сейчас с ними дружим, мы у них заказываем столы.


«Это дом с богатой историей, работа архитектора Быковского. Тут на стенах теоретически должны быть фрески, живопись, лестница каслинского литья»


— Помещение —

БГ: Что это за здание и как вы его нашли?

Татьяна Быкова: Эта усадьба принадлежала Игорю Дмитриевичу Лорис-Меликову, племяннику министра внутренних дел при Александре II. Игорь Дмитриевич Лорис-Меликов был попечителем Московского училища живописи, ваяния и зодчества — cейчас это академия Глазунова. Здесь собирались художники, проходили литературные встречи.

Илья Теплов: Меня знакомый завел, показал это пространство — оно было в убитом состоянии. Мы поговорили с собственницей (здание принадлежит модному дому Натальи Нафталиевой. — БГ), арендовали и сделали совместный проект. Официально это вообще не аренда.

Это дом с богатой историей, работа архитектора Быковского. Тут на стенах теоретически должны быть фрески, живопись, лестница каслинского литья. Это объект культурного наследия.

Здесь были вскрытые полы, авария произошла, была протечка, после которой никто ничего не реставрировал. Непонятно, что произошло, почему такое возможно в нашей стране. Мы пришли и по-максимуму старались как-то восстановить здание, потому что еще пару лет оно бы постояло, а потом, наверное, все бы осыпалось.

Сейчас мы вывели здание из аварийного состояния, пишем проект реставрации. Здесь пока нельзя реставрировать — мы планируем начать работы в следующем году. Будем восстанавливать, но не за государственный счет.

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter