Атлас
Войти  

Также по теме

Что думают о деле Pussy Riot представители других конфессий

Католические священники, пасторы, буддийские монахи и раввин — о том, как им видится дело Pussy Riot

  • 21672

что думают


Шведовский

Феликс Шведовский
____

монах буддийского ордена Ниппондзан Меходзи (Москва)

«Процесс абсолютно беззаконный и с юридической точки зрения, и с общечеловеческой. По-моему, Pussy Riot вообще нельзя судить, ни по какой статье, даже по административной. В буддизме есть такое понятие — «прилепившиеся к Дхарме». Так говорят о священниках, которые неистинно следуют закону и тому учению, которому они учат своих прихожан. Собственно, говоря языком буддизма, против таких «прилепившихся» и выступили эти девушки.

  Но с точки зрения учения лотосовой сутры, к которому я принадлежу, было бы правильнее просто поклониться этим прилепившимся и сказать: «Я не могу относиться к вам с презрением, вы все равно станете Буддами». Хотя лично я бы не стал, как они, обзывать патриарха нехорошим словом, которое я не буду повторять.

С другой стороны, есть традиция юродства. Внутри такого человека нету злобы. А именно об этом и шла речь о суде — о том, какой у них был мотив, ненависти или не ненависти. Так вот, юродивый — это человек, внутри которого есть любовь, движущая всеми его словами и всеми его поступками, которые внешне могут выглядеть грубо. Мне кажется, этими девушками двигала любовь к стране, они просили Богородицу избавить Россию от зла, которое они персонифицировали в лице Путина.
Я являюсь непостоянным, но все же участником движения «Оккупай Суд». Этот лагерь существует уже три месяца. Сначала он был разбит у Мосгорсуда. Там постоянно люди, некоторые из них даже голодали две недели и дольше. Я их полностью поддерживаю.
Я считаю, что девушки должны быть выпущены без всяких условий, а дело должно быть закрыто. Правда, скорее всего, этого не произойдет, и их ожидает худший сценарий. Хотелось бы, чтобы было меньшее из зол, чтобы дали хотя бы условный срок».



Дон Витальяно

Дон Витальяно делла Сала

____

приходской администратор католического храма Матери Церкви г. Меркальяно (Италия)


«Свобода слова и самовыражения должны быть первостепенны. Я не вполне согласен с тем способом, который Pussy Riot выбрали для самовыражения, но думаю, что они должны иметь свободу выражаться, как хотят. То, что они сидят, — абсурд. Надеюсь, их оправдают, но, учитывая российские реалии, я думаю, что скорее их осудят»



Александр Лысковой

Александр Лысковой
____

раввин, руководитель московской общины прогрессивного иудаизма «Ле-Дор ва-Дор»

«В этом деле слишком много эмоций для того, чтобы совершилось правосудие. Эмоции мешают отделить семена от плевел. Они могут быть у сторон, но не у судьи, обвинителей и адвоката. Закон должен быть беспристрастен — в этом его задача. В Торе написано, что судья не должен сострадать бедному и не должен бояться богатого. Не бояться и не сострадать — он должен решать то, что находится в его ведении, только на основе закона. Здесь же я вообще практически не увидел закона — ни с той, ни с другой стороны. Обе стороны просто давят на эмоции. Так что самое главное — всем остудить головы и наконец точно сформулировать, в чем состоит нарушение закона. Потому что оно до сих плавает — и в ту, и в другую сторону можно подвинуть. И в результате первое впечатление — это неадекватность наказания.

Суд должен быть не таким скорым — надо оставить его, пока страсти не улеглись. У нас тянутся суды по 4, по 5 лет, когда машина насмерть сбила людей, — и тут вдруг в течение 5‒6 месяцев решается судьба, как будто это совершенно ясный случай. Но это не ясный случай, и следствие должно продолжаться, пока не будет правильно сформулирована статья, по которой осуждаются девочки».  




Доктор Стив Уокер

Доктор Стив Уокер
____

пастор приходской церкви Кэнион-Хиллс (Сиэтл, США) 

«Больше всего меня тревожат невнимание и неуважение, которое группа проявила к церкви. Если группа, которая называет себя Pussy Riot, хочет выразить свое несогласие или неудовольствие по поводу определенных политических или даже религиозных взглядов, у нее есть на это право. Но я полагаю, что право на свободу слова не дает человеку права идти без приглашения в церковь и оскорблять веру. В Америке мы называем это незаконным проникновением на чужую территорию и вызвали бы полицию, чтобы она выдворила людей, совершивших этот поступок. Затем мы бы подали в суд и позволили бы наказать их по всей строгости закона. Если они хотят, они могут совершать подобные действия в публичном пространстве — в парке, в фейсбуке или на ютьюбе. Свобода слова и высказывание мнений, не совпадающих с общепринятыми, часто приводит к положительным изменениям, к совершенствованию людей. Но это не должно происходить за счет права слова и вероисповедания других людей.

Я полагаю, что, осознанно решая пойти на риск и нарушить закон, они должны понести наказание — они должны отвечать за свои действия. Ответственность идет рядом со свободой. Они приняли решения выступить в церкви, хотя их никто не приглашал. Будучи ответственными людьми, они должны были понимать, каким будет наказание, если их поймают, понимать, какой вред они причинят своим семьям и своим детям. Так что я им не сочувствую.

Учитывая все сказанное выше, я тем не менее должен сказать также, что я свято верю в то, что наказание должно соответствовать преступлению. Мы не должны строго наказывать людей за незначительные проступки. На первый взгляд мне представляется, что в этом случае процесс непропорционален преступлению.

Впрочем, для меня это отдельные проблемы. С одной стороны — безответственный и оскорбительный способ, выбранный группой, чтобы сообщить их позицию. С другой — слишком строгий судебный процесс. Обе проблемы важны, и подходить к ним должно с мудростью и справедливостью. Это касается и группы, называющей себя Pussy Riot».




Панньяавудхо Топпер бхиккху

Топпер Панньяавудхо бхиккху
____

буддийский монах (Санкт-Петербург)

«С одной стороны, я не одобряю акцию, проведенную девушками, из-за чрезмерного эпатажа. Но, с другой стороны, могу их понять. Я могу понять и то, почему они провели ее не в мечети, синагоге или буддийском храме. Тот раскол общества, который произошел после этой акции, показывает, что проблема отнюдь не в разнице взглядов на современное искусство. Акция показала, что проблема — в срастании светского государства с одной из религиозных конфессий. Сама попытка судить их за кощунство, пусть и проводимое по статье «хулиганство», вызывает у меня настороженность. Это же можно отнести и к выбранной мере пресечения и возможного наказания: они явно не соответствуют тяжести проступка. Введение религиозных оценок в правовое поле светского государства чревато проблемой нарастания взаимной отчужденности между православием с одной стороны и остальными религиями и атеистами с другой.

Как верующему, мне вообще не очень понятно, что есть оскорбление чувств верующих? Если человек уверен в своей вере, его чувства оскорбить нельзя. Меня уже неоднократно спрашивали о том, что сделали бы буддисты, если бы девушки пришли проводить панк-молебен к ним в храм. Ничего особенного не стали бы делать. Просто вывели бы на улицу. Случаи, когда неадекватные люди пытались творить какие-либо безобразия в дацане, у нас были. По опыту могу сказать, что если верующий не желает раздувать из мухи слона, проблема решается на месте.

Еще менее понятно, как православные, считающие милосердие и прощение основой своей религии, могут заявлять о том, что девушек нужно судить и примерно наказать. Вспомним, что Христос говорил по поводу предстоящей казни блудницы: «Кто здесь без греха, пусть первый бросит в нее камень». И что мы имеем на деле? Нетерпимость и ненависть?

Боюсь, что подобная политика вскоре приведет к тому, что Россию перестанут считать демократической страной и будут относиться к ней как к Пакистану или Саудовской Аравии».



Отец Федор

Отец Федор
____

пастор Евангельской церкви (Москва)

«Я не следил за процессом, но думаю, что надо поступить по-христиански и простить этих девушек. Христос бы точно их простил. Надо провести с ними беседу, почитать им Евангелие, поработать с их душами и отпустить. Ведь самое главное — это спасение души. И говорить здесь надо о сердцах, а не о храме. Если посадить девушек в тюрьму, разве это изменит их к лучшему? Разве они выйдут на свободу с раскаянием в сердце? Едва ли. И маленькие дети несколько лет проведут без матерей.

Я думаю, что церковь сейчас должна особенно много молиться. За всех: за подсудимых, за полицию, за представителей власти. Я шесть лет проработал в ОМОНе, всякое видел: и незаконные аресты, и безвинно осужденных. Конечно, этого не должно быть, грустно, что такое случается, грустно, что молодые женщины могут оказаться в тюрьме и будут разлучены со своими детьми. Но, возможно, раз Господь все это допустил, он так хочет чему-то научить всех нас: и этих девушек, и судей, и нас с вами».


Cвященник одного из католических приходов Москвы

Cвященник одного из католических приходов Москвы  
____

пожелал остаться анонимным

«Есть священные места, пространства, атмосферу которых надо уважать. Нельзя устраивать шоу в храме или на кладбище. Конечно, девушки поступили неправильно. Но процесс вышел слишком громким, привлек к себе неоправданно много внимания. Наверное, эта акция наделала столько шума, потому что для России такого рода дела в диковинку, здесь еще не было подобных прецедентов.  

Тюремное заключение — это слишком строгое наказание. Наверное, существует юридическая сторона вопроса и это как-то регулируется местным законодательством, но здесь я ничего сказать не могу. Я иностранец и российских законов не знаю. Судьям же надо осознать, что перед ними совсем еще молодые люди, которые хотели быть услышанными, но выбрали не лучший способ высказаться. Нельзя же за эту ошибку сажать их в тюрьму. Я думаю, можно ограничиться штрафом, а деньги потом направить на благое дело, использовать их в каких-то благотворительных целях».



Илья Кэйдо

Илья Кэйдо
____

настоятель Московского центра дзен

«Отношения между Pussy Riot и православной церковью достаточно далеки от меня. Я разговаривал и с людьми, которые сочувствуют участницам группы, и с теми, кто считает свои чувства оскорбленными. Насколько я понимаю, у этих девушек представление о религии такое: религия — это то, что идет от сердца, а молитва может быть по любому поводу и в том виде, в каком они захотят. Им противостоит другая сторона, которая считает, что нужно делать то, что скажет церковное руководство, соблюдать ряд определенных правил, принятых Русской православной церковью. Для них религия — это что-то более формальное. Если патриарх сказал, что он за Путина, значит, надо голосовать за Путина. Если ты хотел голосовать за кого-то другого — неважно. Возможно, ты поймешь мудрость патриарха через некоторое время. То есть противостоит религия от сердца, от личного взаимоотношения, и взаимоотношение с Богом через какого-то посредника.

Я, конечно, считаю, что девушки были неправы, когда пошли в церковь и начали молиться, нарушив церковные правила. Но их достаточно было просто выгнать, что и было сделано в начале. То, что пошло дальше, — это уже политическая история». 

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter