Атлас
Войти  

Также по теме

Доступный ребенок

  • 1994

Проблемой демографии в России модно заниматься. Вот, например, правительство по заданию президента реализует неформальный нацпроект «Доступный ребенок». Необходимость его очевидна: страна на краю демографической ямы. У нас один из самых высоких уровней смертности среди развитых стран и один из самых низких уровней рождаемости — примерно 1,28 ребенка на женщину. С такими темпами в 2050 году в России будут жить сто миллионов человек. Некому будет служить в армии, платить налоги. Качать углеводороды, в конце концов.

Решать проблему стали либерально-пряничными методами. Могли бы, к примеру, поднять цены на контрацептивы или запретить аборты. Но нет. Решили платить 250 000 рублей «материнского капитала».

Повлияет ли этот способ на демографию в стране, мы узнаем экспериментальным путем: у ученых нет на этот счет единого мнения. Экономический анализ рождаемости впервые предпринял лауреат Нобелевской премии Гэри Беккер. Он предложил моделировать детей как «товар длительного пользования», удовольствие от которого получается в течение всей жизни. К сожалению, желания будущих родителей ограничены доходами, временем и природными факторами. Соответственно, увеличение дохода должно стимулировать рождаемость. Это вовсе не значит, что в каждой богатеющей семье вдруг появится еще по одному ребенку. Проделанный Беккером анализ позволяет сделать довольно скромный вывод: лишь «в некоторых» семьях богатство достигнет именно того уровня, при котором они будут готовы еще на одного ребенка.

Теоретические построения Беккера свидетельствуют о том, что желаемое количество детей неразрывно связано с «качеством», под которым понимаются потраченные на ребенка деньги и время. Когда повышаются расходы на содержание ребенка — а они включают в себя и оплату врачей, и покупку игрушек, и занятия спортом, и репетиторов для поступления в университет, и взятки на избавление сына от армии, — родители предпочитают иметь меньше детей. Пользуясь этим наблюдением, можно объяснить парадоксально высокую рождаемость в бедных странах или в деревнях. В то время как многие списывают ее на культурные и исторические факторы, экономисты просто замечают, что там на ребенка а) не принято много тратить; б) можно много не тратить.

Кроме того, нужно отметить, что родители ребенка могут считать его своеобразным страховым полисом для старости и поэтому наличие государственной пенсионной системы, которой нет во многих бедных странах, снижает стимул иметь больше детей. Пример — Китай, где пенсий практически нет: забота о родителях согласно конфуцианской морали лежит на детях. Но с другой стороны, там принят закон, ограничивающий количество детей одним ребенком. В итоге на примере также хорошо видно, как родители-китайцы переключаются на «качество» детей. Некоторые, например, искусственно прерывают беременность, когда узнают, что должна родиться девочка, дабы избавиться от заведомо менее надежного обеспечения в старости. Так что можно предположить, что отмена пенсионной системы и всех возможных льгот подстегнет рождаемость.

Если теория Беккера имеет отношение к реальности, то путинские пособия должны были бы помочь. Не всем, правда, а только бедным — для которых имеет большое значение получение денег на руки. Но как раз таки для того, чтобы исключить перепроизводство детей из неблагополучных семей (потому что качество демографического материала тоже имеет значение), «материнский капитал» дают в виде сертификата через три года после рождения второго ребенка. И потратить его можно только на ограниченный список вещей: к примеру, жилье или образование (или возврат кредитов, взятых на эти нужды). Сам Беккер предполагает, что рождаемость в России может подняться в лучшем случае на 20%, что все равно оставит ее ниже необходимого уровня.

Выходит, что неблагополучных сертификат размножаться заставит вряд ли. А благополучных? Тоже едва ли. Российские демографы замечают, что у благополучных (и нечувствительных к дополнительным выплатам) наибольшее желание иметь детей. Для них можно было бы заняться снижением цены «качества». Это можно сделать, снижая издержки родителей.

Есть еще одна тонкость, на которую мало кто обращает внимание. По действующему Трудовому кодексу уходящей в декрет сотруднице работодатель не обязан платить больше примерно пятнадцати тысяч рублей. Однако, если компания вдруг захочет платить ей больше, эти деньги должны будут списываться только из чистой прибыли. Иными словами, закон мешает работодателю по-человечески отнестись к ценной сотруднице.

Эффективно было бы и развитие кредитного рынка вообще, и ипотеки в частности. Ведь понятно, что отсутствие своей квартиры является серьезным сдерживающим фактором в рождении детей. Живя на съемной квартире, ребенка просто некуда прописать. Кроме того, развитие кредитов позволило бы более разумно расходовать деньги из семейного бюджета и больше денег тратить непосредственно на ребенка.

А может, решая демографические проблемы, российскому правительству следует вспомнить урок недавней истории. Небольшой и кратковременный всплеск рождаемости среди пар, официально состоящих в браке, произошел в Москве в мае 2001 года. Удивительному беби-буму предшествовал произошедший за девять месяцев до того пожар на передающих мощностях Останкинской телебашни. Объяснение неприлично бытовое: в течение недели люди выпали из рутины, у них высвободилось время для иных форм досуга.

Хотя, конечно, это было бы совершенно внеэкономическое решение демографической проблемы. Гораздо интереснее узнать, сработает ли в российских условиях теория американского профессора. Если теория окажется верной, то хотя бы одной проблемой в нашей стране станет меньше, а это уже хорошо.

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter