Атлас
Войти  

Также по теме

«У них один Марк остался на растерзание»

Во вторник, 19 января Преображенский районный суд Москвы должен был вынести приговор 76-летнему оппозиционеру Владимиру Ионову. Ионов стал первым обвиняемым по статье 212.1 УК РФ о неоднократных нарушениях закона о митингах. Сам оппозиционер с конца декабря находится на Украине, российские власти в день приговора объявили его в розыск. Заочный приговор в данном случае невозможен, оппозиционера обязательно должны доставить в суд. БГ поговорил с Ионовым и его подругой Ольгой Браун, вместе с которой он уехал из России

  • 1909
Фото: Facebook

Фото: Facebook

Раньше вы говорили, что не боитесь уголовного преследования, и даже отказались от амнистии. Почему вы решили покинуть Россию?

Ионов: Личная жизнь вмешалась, она очень резко изменилась. Раньше я был один, и вопрос уезжать куда-то не возникал, было просто противостояние с преступной властью, которое я не собирался прекращать. Потом ситуация изменилась, мы встретились с Ольгой. Она гораздо раньше меня почувствовала, что к чему. Нервы ее просто не выдерживали. Я же видел, как она реагирует на поведение властей после суда над Дадиным. Человека надолго не хватило бы, вот и все объяснение.

Браун: Познакомились мы с Владимиром летом. Я о нем знала, естественно. Я тоже участвую в антивоенном и в антипутинском движениях. Я понимала, что дело кончится тюрьмой. Точнее, сначала домашним арестом, а потом тюрьмой, потому что он бы не стал сидеть и вышел бы, а потом бы его замели. Фээсбэшники уже обещали, и один врач, когда мы были на марше, как только крыса захватила Кремль, говорил, что будут посадки: сажать будут тех, кто действует на сознание. Я вообще просила бежать до приговора [Дадину]. Володя говорил, что никуда не поедет, что ему плевать. Они все были готовы [к тому, что их посадят]: Володя был готов, Марк [Гальперин, также обвиняемый по статье о нарушениях на митингах] мне полтора года назад как-то сказал, что уже готов сесть. Вот у них один Марк остался на растерзание по этой статье.

И страх лишиться свободы на ваше решение не повлиял? Адвокаты знали о планах уехать?

Ионов: Нет. Я испугался гораздо меньше, чем Путин. Психология преступника: они трусливы. Как бы я ни боялся, степень моего опасения гораздо меньше, потому что я ничего плохого не делал. Адвокаты ничего не знали.

Вскоре после приговора Дадину вы попали в реанимацию, потом уже стало известно, что вы находитесь на Украине. Каким образом вы попали в другую страну, находясь под подпиской о невыезде?

Браун: Я его выкрала из больницы практически. Оттуда поехали к друзьям, пережили полтора дня на даче, а потом уехали на машине. У меня был пограничный контроль, поскольку у меня есть все документы, а у него нет загранпаспорта. Владимир переходил границу пешком в Белгородской области, пришлось около часа идти по полям, лесам и огородам. Был страшный туман. Сначала приехали в Харьков, оттуда переехали под Киев к друзьям.

Чем вы теперь планируете заниматься и на что жить на Украине?

Ионов: Руки-ноги у меня есть, сидеть не буду, но в основном надеюсь на помощь. Я пока не вижу, чем заниматься, но думаю, что смогу принести пользу. Есть же очень хорошие вещи у того же Орлуши в смысле издевательства над нашими властями. Хотелось бы побывать в российском посольстве, посмотреть, что это такое вообще.

Браун: Тебя загребут там сразу, ты же все-таки уголовный элемент. Вообще-то у нас пенсия есть, у меня сбережения. Не помрем. Думаю, найду себе учеников, я преподаватель английского.

Планируете возвращаться в Россию?

Ионов: У меня есть Ольга, я не знаю.

Браун: Пока Путин у власти и вся эта ОПГ, ни о каком возвращении не может быть и речи. Путин же может оставаться у власти еще восемь лет, вы можете никогда не вернуться в Россию.

Ионов: Дай бог он продержится до 2017 года.

Браун: Не дай бог.

Ионов: Потому что экономика вправит мозги любому фашисту, любому преступнику. Плюс Запад, который очень грамотно удавливает с помощью экономики. Ну весь мир против, мы по встречке идем после Крыма. По встречке и Наполеон шел, и Гитлер.

На Украине в новых властях разочаровались и те, кто был на Евромайдане и требовал отставки Виктора Януковича, то есть смена власти не обязательно улучшит ситуацию.

Ионов: Здесь люди надеются, что не понравится один слуга народа — выберут себе другого. Сделан первый шаг, люди почувствовали себя хозяевами, это процесс очень долгий, тем более когда рядом находится такая бандитская страна, как Россия. Слуги народа поняли, что появился хозяин, его не обойдешь, нужно тыкву чесать и думать о народе. В Киеве свободней, атмосфера совершенно другая. В Москве был действительно напряг, особенно в центре — сплошные автозаки. Как Новодворская сказала: народные массы трусливы и слабоумны. Я согласен с этим, но потому, что они заняты своими делами и обмануты.

А вовлеченность в украинскую политику допускаете? Представлять интересы каких-то политических сил, как в России?

Ионов: У меня все принадлежит России, хотя очень интересно смотреть, как вписывается Михаил Саакашвили. Я считаю, что это если не великий, то очень большой человек. На Украине я могу только наблюдать и сочувствовать кому-то, а меня интересует Россия, потому что она очень многим ставит палки в колеса. Продолжается гражданская война, и белые должны победить в конечном счете, не может же красная сволочь выиграть сражение. Белые возвращаются, и они победят, потому что на их стороне правда, справедливость. Добро всегда победит, но только на дальней дистанции.

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter