Атлас
Войти  

Также по теме

Станислава Казакова, юрист издательского дома «Флирт»: «Приятнее, когда девушки в журнале, а не в переходах»

Суд потребовал закрыть бесплатный журнал знакомств «Флирт». БГ поговорил с юристом издательского дома о социальной роли журналов для знакомств, политике, легализации проституции и о том, почему не нужно ограждать детей от геев

  • 33798

— Сегодня принято решение о закрытии «Флирта». Что это означает для вас?

— Решение суда наверняка отменят. Мы никак не были предупреждены о предстоящем заседании. Прежде чем выносить решение, нас должны были уведомить, так что я не представляю, что теперь будет с судьей. Мы обязательно подадим апелляционную жалобу в Мосгорсуд. Представление никак не повлияет на нашу работу. По закону мы не сможем публиковать журнал лишь после того, как приговор вступит в законную силу, это происходит спустя месяц после заседания. Но решение Волоколамского суда в силу не вступило, и его наверняка отменят. Менять название журнала мы также не планируем.

— Кто ваша аудитория?

— Вы не поверите, какая она разнообразная. Не только таксисты, но и обычные водители, от Daewoo до BMW, — все берут! У меня недавно было два смешных случая. Как-то один водитель сказал, что нашу страну разлагают американцы, которые для этого издают «Флирт». А второй случай такой: мужчине в окно автомобиля протягивают журнальчик, я говорю: «Дайте посмотреть», а он: «Да нет, это для мальчиков, не для девочек». Объявления размещает в основном женская аудитория. Тем более теперь, когда запретили пропаганду гомосексуализма.


— Зачем городу журнал «Флирт»?

— Так получилось, что мы убрали проституток с улиц Москвы, сами того, может быть, не желая. Теперь они, возможно, размещают свои предложения во «Флирте», хотя мы не можем этого утверждать: когда девушка размещает модуль, мы предлагаем ей приехать к нам в офис или встретиться на нейтральной территории. Мы работаем по бланкам строгой отчетности: выдаем бланк с печатью и подписью организации на ту сумму, на которую размещается модуль. Вот и все наше общение с клиентами. Я это к тому говорю, что улицы стали чище. Согласитесь, приятнее, когда девушки в журнале. Мне было неприятно ходить по переходам, когда они там стояли.


— Откуда такие данные? Вы ведете собственную статистику?

— Да, мы провели исследование. Особенно интересно сравнивать статистику по изнасилованиям сейчас и в Советском Союзе. Я за проституцию и за открытый секс. Лучше, когда это добровольно происходит, даже если это компенсируется материально. Когда у власти стоял Берия, который насиловал школьниц, было в четыре раза больше изнасилований: 15 человек на 100 тысяч, а сейчас 3 человека. Эта статистика поражает. Чем больше нам позволено, тем меньше мы преступаем закон.


— Как устроена ваша редакция?

— У нас большой штат. Вместе с бухгалтерами и секретарями — около 30 человек. Могу сразу сказать, что мы действуем строго в рамках закона, не преступая ни один пунктик. Поэтому, когда суд принял решение о закрытии журнала «Авто-Флирт», мы его закрыли.

Мы больше года судились по поводу размещения порнографических картинок. Как порнографические, так и эротические издания продаются только в определенных местах и в определенное время. Мы не можем признать себя эротическим изданием, потому что у нас нет ни одной обнаженной девицы.


— Вы не разместите рекламный модуль, где будет девушка топлес?

— Никогда. У нас очень строгая цензура.


— Часто ли вам приходится отсеивать материалы рекламодателей?

— Да. В журнал не попадает примерно 90 процентов.


«Чем больше нам позволено, тем меньше мы преступаем закон»

— А почему «Флирт» дают только мужчинам?

— Это не ко мне вопрос. Мы заключили договор с распространителями, которые его раздают, и они, наверное, стесняются. У нас нет обязательного правила, что женщинам нельзя раздавать. На первоначальном этапе редактор боролся за то, чтобы бабушек не травмировать, агентствам распространителей так и было сказано: не давайте бабушкам. Остальное они сами решили.


— То есть вы не контролируете распространение журнала?

— После того как номер вышел в свет, мы отдаем его распространителям и смотрим за качеством их работы. У нас есть свои проверяющие, есть штрафы на рекламные агентства, если мы видим, что журнал выбросили. Вы же к своему журналу как к детищу относитесь? И мы так же. Я понимаю, что мы, может быть, не достигли определенного уровня, но мы над этим работаем. Возможно, когда-нибудь в нашем журнале не будет такого количества обнаженных девушек. Мы стремимся к совершенствованию.


— А каким, по-вашему, должен быть идеальный журнал «Флирт»?

— В идеале — типа «Плейбоя». Он считается полуэротическим, имеет право распространения в любом магазине.


— Что бы вам хотелось изменить в журнале?

— Мне очень не нравится слово «апартаменты». Я не считаю, что наш журнал рекламирует девушек легкого поведения. Мы стараемся формулировать как-то иначе: «приглашу в гости» или «приеду».


— Законы, принятые в течение этого года — о защите детей, о запрете «пропаганды гомосексуализма», — мешают вашей работе?

— С одной стороны, мы не имеем никакого отношения к пропаганде гомосексуализма, не нарушаем ни единого пункта статьи. С другой стороны, многие законы противоречат даже нашей Конституции. Например, можно ущемить человека за то, что он гей? Для меня это из ряда вон! Что касается развращения детей — это самая несправедливая претензия к журналу «Флирт». Мой ребенок никогда не поднимет журнал с земли, не развернет его. И даже если он это сделает, то увидит не больше, чем на  обложках журналов в магазинах, в том же «Максиме», «Плейбое».


— Вы готовы к тому, что ваш журнал может все-таки оказаться вне закона?

— Я не верю в то, что в ближайшее время это возможно. В России очень много законов, которыми никто не пользуется.

— Что вам нравится в Москве больше всего?

— О, я обожаю Москву, я обожаю культуру Москвы! У нас действительно самые лучшие спектакли, лучше даже, чем ставят в Питере. У нас есть очень хорошие выставки. В Москве потрясающая архитектура. Ты как на машине времени: с одной стороны у тебя современные дома, с другой — здания XVIII–XIX веков. Здание Морозова, которое он построил своей супруге, — это же вообще произведение искусства, это же гениально!


— А что не нравится?

— Если не обращать пристального внимания на пробки и бескультурье на дорогах, мне нравится все.


— На выборы мэра пойдете? За кого будете голосовать?

— За Собянина. Мне не нравится, что он делает в Москве, но из всех, кто у нас представлен, за кого еще голосовать? Навальный меня поражает. После его интервью Ксении Собчак я была возмущена! Я позвонила мужу, мне нужно было выговориться. Я не могу представить, как подобный человек может баллотироваться в мэры! Его Собчак спрашивает: вы уволите даже тех людей, которые внесли определенную лепту для нашей страны? — Да, я думаю, что они приспешники Путина. Это смешно слушать.

По-моему, он абсолютно необразован. Его позиция напоминает мне ситуацию с Лениным или Горбачевым: давайте разрушим все, даже самое хорошее, до последнего кирпичика, а потом построим. По-моему, мы уже очень много разрушали, чтобы следовать принципам, которые он позиционирует на данный момент.


— А речь Путина — это речь образованного человека?

— Лично для меня — да. По крайней мере он во внешней политике добился определенных успехов. Даже если я вижу ошибки Путина, я просто думаю — кто сейчас мог бы его заменить.

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter