Атлас
Войти  

Также по теме

Координируй это

Слова о нехватке новых лидеров стали общим местом в разговоре оппозиционно настроенных граждан. Кто-то уверен, что они придут из среды интеллигенции, кто-то — что они появятся на площадях. БГ поговорил с двумя активистами, которые, сами того не замечая, стали координаторами уличных акций

  • 4276





Наталья Заболотникова

Наталья Заболотникова

«Я студентка НИУ ВШЭ, по образованию — будущий экономист-международник. С недавнего времени совмещаю учебу, работу преподавателем и гражданскую активность. С недавнего времени, правда, последнего становится все больше. Я не вижу другого способа изменить ситуацию сегодня. Большинство населения нашей страны, к сожалению, очень аполитично. Многие не видят альтернатив действующей власти. Я много общаюсь с разными людьми, и на вопрос, почему они не протестуют против существующей системы, они отвечают: «Мое детство прошло в девяностых, когда нельзя было выйти на улицу и быть полностью уверенным в своей безопасности. А сейчас появился какой-то контроль, я не боюсь за себя и своих детей. Поэтому я не против того, чтобы так все и осталось, чтобы Путин работал». И людям надо объяснить, что благосостояние может быть достигнуто без нарушения гражданских прав, что мы не вернемся к девяностым, они остались в прошлом. Общество может развиваться, а человек — чувствовать свободу и безопасность и при этом принимать участие во всех сферах жизни своей родной страны. До людей нужно донести понимание того, что изменить что-то к лучшему может каждый. Выходя на протесты в следующие за шестым мая дни, мы можем привлечь внимание общественности к тому, что проблемы существуют, и мы их видим и можем решить. Своим примером активисты на бульварах и площадях показывают, что все реально.

Вообще, я активист «Молодежного «Яблока». Поэтому рядом со мной постоянно находятся те, кто подает пример лидерства. Когда мы оказались на Чистых прудах днем седьмого мая, в какой-то момент вокруг меня собралось большое количество людей, которые просто не знали, куда идти и что делать. И никто не был готов взять на себя ответственность. Решение повести за собой людей к фонтану и призвать их не уходить с площади было спонтанным. Но я рада, что у меня все получилось и ко мне прислушались. Через некоторое время приехали сотрудники ОМОНа и вытеснили всех, но после этого все вернулось на свои места, и сегодня лагерь оппозиции находится на Чистых прудах.

За последние дни меня задерживали два раза. Обычно бывало так, что тот, кто отдавал приказы о задержаниях, просто показывал на меня пальцем, говорил: «Вот ее!» — и все заканчивалось автозаком и ОВД. К счастью, никаких обвинений мне пока предъявлено не было. За четыре ночи я спала в общей сложности пятнадцать часов. И спать совершенно не хочется, пока в крови адреналин. Сегодня я планирую вообще не спать и остаться на ночь в гражданском лагере на Чистых.


Ольга Пахтусова

Ольга Пахтусова

«Я учусь на политфаке ВШЭ и работаю на besttoday.ru редактором, правда, за последние две недели в свете известных событий до работы руки доходили очень мало. Занимаюсь, собственно говоря, всяческой оппозиционной деятельностью, то есть стараюсь как-то сочетать и ад, и конструктив: не только выхожу на пикеты и митинги, но и организовываю какие-то мероприятия вроде мартовского «Форума наблюдателей», помогаю инициативе «Наш город», когда они просят

Я не была шестого мая на митинге. Честно сказать, я была абсолютно уверена, что на «Марш миллионов» выйдет тысячи три человек, и это будет ужасным провалом и началом бесповоротного конца, и я уехала к друзьям в Питер. В итоге вечером шестого я в твиттере начала читать об ужасе, который там творился, и побежала с трясущимися руками на вокзал менять обратные билеты, но уже, конечно, не смогла. В Москву я вернулась только восьмого утром, закинула вещи домой и отправилась на Чистые пруды. Там знакомые рассказали мне подробнее обо всем, что было. Естественно, у меня не было сомнений на тему того, нужно ли продолжать активность, потому что именно таких беспрерывных действий и не хватало, как мне кажется, в декабре, потому я и пошла на улицу.

Не могу назвать себя ни координатором действий, ни каким-то стихийным лидером — я просто делала то, что казалось мне необходимым на тот момент, пользуясь теми инструментами, которыми могла. В основном это был, к сожалению, только твиттер и небольшая группа людей, к которой я могла обратиться лично. То есть это выглядело так: я просто отписывала в твиттере, что делала сама, и призывала, соответственно, всех, кто меня читает, делать то же; ну и звала, кого могла, лично. Например, когда нас стали теснить с Пушки к метро, сначала мы просто стояли в ожидании, пялясь друг на друга с ОМОНом, а когда уже начались выборочные винтажи, я заметила, что из толпы просто выдергивают случайных парней, девушек не трогают, и мы вместе со стоявшими рядом девушками, в том числе с Заболотниковой, начали вставать в женскую цепь. Это была, как мне кажется, не самая плохая идея, но нас достаточно быстро арестовали.

Уже ночью и на следующий день, я почувствовала, что есть абсолютно незнакомые люди, которые готовы меня послушать и последовать моему примеру. Шушкевич (оппозиционный активист Виталий Шушкевич. — БГ) в своем твиттере написал после «Баррикадной», что сам отправляется спать и оставляет в эпицентре дальнейших событий меня, и меня начали читать больше. Потом весь следующий день многие спрашивали у меня совета или просто: «А что делаем дальше?» — и мне приходилось как-то координировать некоторое количество людей. Ощущения по этому поводу достаточно приятные: люди прислушиваются к твоему мнению и следуют за тобой, но, с другой стороны, естественно, это определенная ответственность, а это тяжело. На самом деле я очень глубоко внутри себя переживаю все происходящее, и я была просто подавлена, когда в какой-то момент меня в твиттере начали называть нашисткой и провокатором. Это было после митинга КПРФ, когда я звала всех идти на Чистые пруды, а часть была в Александровском саду.

Меня задержали не слишком грубо, потому что я не особо сопротивлялась — было понятно, что это бесполезно. Правда, меня вытащили из цепи достаточно резко, я чуть не полетела на асфальт, и тащили к автозаку не слишком-то и аккуратно, конечно… В ОВД мы пробыли до 00:30 — два с лишним часа, там с нами общались совершенно нормально и спокойно. Мы разговаривали с сотрудниками, которые были достаточно дружелюбны, нас даже потом опер отвез на личной машине до метро, потому что, как он сказал, ему не нужны лишние ограбления на участке среди ночи.

Всего я беспрерывно прободрствовала за время приезда из Питера сорок девять часов».
 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter