Атлас
Войти  

Также по теме

Кремлевская впадина

  • 1459

иллюстрация: Тимофей Яржомбек/KunstGroup Pictures

На днях Владислав Сурков, который теперь вместе с Владимиром Путиным у нас отвечает за модернизацию страны (они зампред и председатель комиссии по Главному слову на букву М), объяснил, как он представляет себе превращение российской экономики в инновацион­ную. Сперва крупные компании создают «кластеры», в которых каждая пестует свою область инноваций, рассказал Сурков в интервью «Ведомостям». А потом удачные проекты из этих кластеров пересаживаются в специально созданный город не город, а комплекс, русскую Кремниевую долину. Там не будет элит­ного жилья, «хаммеров» и ротвейлеров, а будут открытость, безопасность, современная архитектура и уникальное научное сообщество.

Отцом настоящей Кремниевой долины в Калифорнии считают профессора частного Стэнфордского университета Фредерика Термана, у которого учились многие основатели технологических компаний — например, Билл Хьюлетт и Дейв Паккард. Терман водил студентов и аспирантов на экскурсии в местные электронные компании и всячески поощрял их бизнес-устремления. В 50-е годы, когда Стэнфорд получал большие исследовательские гранты от Пентагона, университет с подачи Термана стал сдавать свою землю в аренду технологическим фирмам. Это была частная инициатива, успех которой обеспечили военные заказы.

Дальше — деньги к деньгам — долина постепенно стала такой, как сейчас. Население Сан-Хосе, крупнейшего из «кремниевых» городов, удвоилось между 1950-м и 1960-м годами. Сейчас в Долине, по статистике местных активистов из ассоциации Joint Venture, живут 2,9 млн человек, работают — 1,3 млн. 79% жителей — с высшим образованием, 36% — иммигранты в первом поколении. Эти люди в 2008 году получили 12% всех выданных в Америке патентов на изобретения — 9?474 штуки. И создали почти ровно столько же новых фирм.

Средняя зарплата местных жителей — $75?390 в год, на 50% выше, чем в Соединенных Штатах в целом. Здесь полно элитной недвижимости — цены среди самых кусачих в Америке даже сейчас — и предостаточно «хаммеров» и ротвейлеров, хотя статистика умалчивает об их точном числе.

Правда, в кризис здесь случился отток населения, на 33% выросли свободные офисные площади, а безработица превысила общенациональный уровень. Постоянное офлайн-общение гораздо нужнее для бизнеса, чем для научной работы и изобретательства, а бизнес пострадал от кризиса — денег банально стало меньше. Но все равно и такая американская мечта прекрасна. Мы, русские, тоже не лыком шиты, можем не хуже. В округах Санта-Клара и Сан-Матео, на которые приходится подавляющее большинство населения Кремниевой долины, примерно 35?000 русских, свидетельствуют данные американкой переписи, и их доход в долларах 1999 года — в среднем $108?000 на семью. Со всей России ­наверняка можно собрать и побольше таких для своей Кремниевой долины.

Проблем у проекта Кремлиевой долины, как его уже окрестили, две: 1) организаторы и 2) деньги. Сурков — не Терман хотя бы потому, что он пиарщик, а не радиоинженер. Он не говорит с учеными и техногиками на одном языке, не по­нимает, что они делают и зачем, вряд ли сможет разобраться, чем их можно заманить в некий российский город-сад. Но это бы еще полбеды: предположим, нашелся некий русский профессор-­энтузиаст, наш Фред Терман, который умеет общаться, с одной стороны, с госзаказчиком, а с другой — с талантливыми молодыми людьми, придумывающими необычные штуки. У России просто нет денег на то, чтобы всерьез мечтать о своей Кремниевой долине.

Сурков говорит, что в бюджете-2010 на модернизацию и инновационное развитие выделено 10 млрд р. Из них половина пойдет на какие-то «уже согласованные проекты», а остальное еще предстоит распределить, в том числе на проект города-сада.

В 2006 году, последнем, за который есть подробная статистика, Стэнфорд потратил на исследования $679 млн (из них 79% — $540 млн — выделило федеральное правительство). Это 20 млрд р. по нынешнему курсу. Стэнфорд занимает только пятое место среди американских университетов по уровню расходов на, выражаясь языком наших чиновников, НИОКР. Лидер — балтиморский Университет Джонса Хопкинса — израсходовал полтора миллиарда долларов, из них 87% выделило государство.

Денег, которые выделяются на нашу Модернизацию Инновановну, в национальном масштабе хватит только на распил. Сделать с ними что-либо серьезное можно, разве что отдав их какому-нибудь не самому крупному американскому университету. Может, он и построит вокруг себя маленькую русскую Кремниевую лощинку в честь щедрого донора.
 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter