Атлас
Войти  

Также по теме

Мегажизнь

Если выехать за МКАД, то обязательно встретишь огромную коробку, похожуюна какой-нибудь секретный завод. На самом деле в этих коробках целые города. Целая жизнь. Свои улицы и свои законы. Свои люди и свои секреты. Своя культура. Специальный корреспондент БГ провел неделю в мегамолле.

  • 2182

СУББОТА, ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

В полдесятого утра у метро «Теплый Стан» выстраивается огромная очередь, которая упирается в Профсоюзную улицу. Раз в полчаса приезжает автобус, очередь исчезает. Еще через пять минут появляется новая очередь.

На парковке в 11 утра места есть только в седьмом ряду. Парковка на 7 тысяч машин.

У крутящихся дверей на входе тоже стоит очередь.

Это и есть «Мега».

За последние два-три года за МКАД появилось бессчетное количество гигантских неуклюжих коробок. Эти коробки так или иначе вошли в жизнь любого москвича и сильно ее изменили. Сейчас уже кажется, что они всегда были с нами.

В этих коробках нарождается какая-то новая форма жизни. За сотнями магазинов, кинотеатрами, фуд-кортами там явно прячется что-то еще. Для того чтобы разобраться в этой коробке, в ней нужно прожить хотя бы неделю. Именно это я и собираюсь проделать.

Вхожу.

Яркий свет, кондиционированный воздух, пальмы, фонтан. Огромные проспекты и вывески. Все куда-то идут. Пристраиваюсь к толпе и начинаю многочасовое беспорядочное движение.

У «Сити-обувь» распродажа, поэтому очередь стоит в коридоре. Магазин Yves Rocher похож на магазин конфет из американских мультиков. В Jennyfer плохое зеркало: толстит. В «Стокманне» на одежде дороже десяти тысяч рублей висят какие-то фигни, которые включены в розетку. Это сигнализация. У «Стокманна» два выхода, и вообще часто выносят одежду: отрезают все ярлыки и магниты и выносят. В «Букбери» на диванах люди читают книжки. У магазина «Техносила» на диване сидят люди и смотрят телевизор. В Zara не удержалась и купила себе прекрасные черные штаны на веревочке за 1790 р.

Везде стеклянные двери. Все блестит. Последний раз такое ощущение испытывала после пятого подряд просмотра «Блондинки в законе». Здесь начинаешь чувствовать себя девушкой с обложки Cosmopolitan. «Мега» чем-то похожа на Эрмитаж: чтобы обойти все экспонаты этого комплекса, недели, похоже, будет недостаточно.

ВОСКРЕСЕНЬЕ, ДЕНЬ ВТОРОЙ

Паркуюсь у IKEA. У «Меги» мест нет.

У входа в «Мегу» на улице — бесплатный мини-гольф, но клюшек уже нет. Все разобрали. Надо ждать. Очередь.

Передо мной стоит шестилетний мальчик Дима с бабушкой. Через полчаса до них доходит очередь, и они идут играть. Играют они так: Дима бьет клюшкой как попало по шарику, а его бабушка в шерстяной юбке, в шерстяной кофте и с пакетом в руках носится по полю и, используя клюшку вместо швабры, завозит шарик в лунку.

По радио объявляют песню, «которую дарит посетителям «Меги» греческий ресторан «Милос». В «Меге» есть собственное радио — радио «Мега». Каждые пять минут в паузах между песнями от ресторанов и магазинов по нему объявляют о пропаже какого-нибудь мальчика: «На вид ему пять лет, одет в серую майку и синие джинсы».

Я тоже себя чувствую потерянным ребенком. Хотя к середине второго дня я уже знаю названия улиц в «Меге». Табличек с названиями нигде нет, но поскольку по радио все время рекламируют местонахождение разных магазинов, довольно быстро понимаешь, где что. В «Меге» пять улиц: улица Молодежи, Пятая авеню, Семейный бульвар, Модный бульвар и Главная улица. На Главной — кафе и каток, на Молодежной — Jennyfer и Colin’s, на Семейном — «Стокманн», Zara и так далее. Каждая улица упирается в гипермаркет: «Ашан», IKEA, «Техносила», «Спортмастер» и «Стокманн». По дороге еще более 200 магазинов. Плюс 13-зальный кинотеатр, каток, игровые автоматы, кафе и рестораны.

Жаль, что нет ни одного салона красоты. После пяти примерочных очень хочется себя перекрасить, постричь, снова перекрасить и сделать из себя что-нибудь уже совсем красивое.

Все очень ярко. Но ничего не понятно. Здесь гораздо проще потеряться, чем найти какие-то новые формы жизни.

У входа на скамейке тоже с довольно потерянным видом сидят Татьяна Алексеевна и Анатолий Еремеевич. Они провели здесь уже три часа и так находились, что не могут даже встать и дойти до автобусной остановки, чтобы добраться до дома. Семь лет назад они переехали из Харькова в Гамбург. Сейчас они приехали в Москву, чтобы поздравить внука с девятилетием. Но подарок купить не успели. И дочь взяла их вместе с внуком в «Мегу». Потому что нечего старикам искать по Москве подарок — это тяжело, да и не факт, что найдут. Подарок есть в «Меге», то есть в «Меге» есть все, и подарок тоже. Час они провели у катка, наблюдая, как маленький Рома катается, потом они ели, потому что Рома не обедал и после катания устал, потом они ходили по какимто магазинам, они даже уже не очень хорошо помнят, по каким, и потом купили в «Детском мире» (здесь есть «Детский мир») Роме летающую машинку с пультом управления. То есть она реально летает. А теперь сидят и ждут, пока вернется дочь, а дочь застряла в каком-то магазине и все не идет. Нормальная ситуация, нормальные покупатели. Все это не ново и довольно скучно. Весь вечер каталась на катке.

ПОНЕДЕЛЬНИК, ДЕНЬ ТРЕТИЙ

Место на парковке есть в третьем ряду. Людей нет. После безумия выходных ощущение, что оказался ночью в магазине игрушек. Все стоит на полках, все можно потрогать, никто в затылок не дышит.Продавщицы расслабленные. Очередей нигде нет.

У касс «Макдоналдса» встречаю Диму с бабушкой. Здороваемся. Выясняется, что Димины родители уехали в отпуск, оставив Диму на бабушку. А поскольку живут они в Теплом Стане, вместо прогулок по району они приезжают сюда играть в гольф. Играют до вечера — и домой.

У посетителей «Меги» в будние дни меняется походка. Они ходят медленно, по-курортному. Расслабленно. Они не бегут, они гуляют. За временем здесь следить сложно. Всюду стеклянные двери, но нигде нет окон. Здесь всегда светит солнце, и воздух здесь всегда приятно прохладный. «Мега» напоминает турецкий курорт all inclusive. Улицы, состоящие только из магазинов и кафе, безостановочная музыка — и где-то рядом обязательно должно быть море. И кругом люди, уставшие на солнце, но от нечего делать передвигающиеся из магазина в магазин, из магазина в кафе, из кафе в магазин.

Столкнулась на Молодежной улице с тремя девочками, которых я вчера видела на катке. Карина, Маша и Оля. Они шли под руки. Карина, которая на голову выше подруг, всегда идет в центре, поэтому Маше и Оле приходится все время подпрыгивать. Напоминает танец маленьких лебедей. Они идут к катку, где летом их компания собирается примерно к часу дня. В компании 10 человек, все едут с разных концов Москвы (есть даже те, кто едет из Одинцова, — 2 часа езды). Встретившись, они не расстаются уже до самого вечера. Обычно распорядок такой: с часу до трех — каток, потом каток закрывается на заливку льда, они идут обедать в «Макдоналдс» или «Ростик’c», потом снова катаются, потом снова заливка. Обязательная часть программы — пройтись по спортивным магазинам. Adidas, Sprandi, «Дельта-Спорт», «Спортмастер» — все подряд, в общем, кроме магазина Reebok, где, как хором говорят девушки, «модели плохие». Также заходят в Accessorize — магазин ленточек, резиночек и фенечек, — меряют там все, и опять на каток, потом опять едят, потом опять в магазин, потом на каток и, наконец, домой. Летом они встречаются каждый день. Осенью, когда начинается школа и институт, встречаются по выходным. Так повелось с тех самых пор, два года назад, когда они познакомились на катке в день открытия комплекса «Мега» в Теплом Стане. Она называют себя мегатусовкой.

За то время, что они тусуются в «Меге», они узнали это место лучше, чем те районы Москвы, где они выросли и живут. Они знают продавщиц и охранников. Они знают секретные туалеты на парковке, в которых никогда не бывает людей. Они в лицо знают мегаворов, которые крадут телефоны на катке и в мегаавтобусах. Они знают, когда и куда завозят новые коллекции, когда начинаются распродажи и как первыми купить бракованный или возвращенный товар. Впрочем, покупают они редко. То есть они практически никогда ничего не покупают. Но если покупают, то только в «Меге». Это принцип. Они в этом смысле патриоты. Мегапатриоты.

— Мы вчера были в кино. Ну тут, в «Киностаре», — говорит Оля и начинает хихикать. Маша тоже начинает хихикать. Ну и Карина тоже. Видимо, смешной фильм.

— Ну вот, на «Доме восковых фигур, — заканчивает Оля. — Но в кино ходим, когда мальчики зовут. Тут уж все трое заливаются смехом.

Это оно — новая форма жизни. Мегажизнь.

ВТОРНИК, ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ

Гуляю по парковке.

Играю в игру «Угадай кто». Пытаюсь определить, кто приехал покупать, а кто просто. Угадываю.

Из старого черного BMW выходят телережиссер Рома и телепродюсер Ира. Недавно Ира покрасилась в белый цвет и теперь похожа на Мерилин Монро, хотя на самом деле она брюнетка. А Роме 30 лет, и он лысеет, но Ире нравится. Вместе они смотрятся отлично. Привязываюсь к ним на целый день.

— Первый раз, когда я попала в «Мегу», это было ужасно. То есть мы сразу заблудились, — рассказывает Ира, рассеяно перебирая все подряд тюбики и флакончики с косметикой в магазине Yves Rocher. — Ну вот. И мы не могли выйти, потому что было вообще не понятно куда. А потом как-то поняла, где здесь и что.

Они идут по улицам «Меги» за руки, потом Ира сажает Рому на скамейку, а сама ныряет в очередной магазин сумок или нижнего белья.

— Все время дети пропадают, — вдруг говорит Рома, который на скамейках в основном дремлет. — По радио все время объявляют.

— История вообще ужасная же тут была, — сообщает Рома. Однажды друзья Роминых друзей оставили восьмилетнего мальчика кататься на катке в «Меге», а сами пошли по магазинам. Вернулись — а сына нет. Искали его везде до самого закрытия, по радио «Меги» объявляли, все без толку. Милиция тоже не смогла помочь. Через неделю сын сам позвонил в слезах и попросил забрать его все с того же катка. А когда родители примчались, рассказал, что провел все это время в больнице, где ему вырезали почку.

Я, конечно, слышала уже эту историю. Ею давно пугают город. Ее всегда рассказывают как историю, случившуюся с друзьями своих друзей. Это классическая городская легенда. В детстве пугали маньяком Фишером, фотоаппаратами с красной пленкой и нейтронной бомбой, которая убивает людей, а все остальное не трогает. В начале двадцать первого века городские легенды — это трансплантологи, орудующие на детской площадке гипермаркета.

— Если б у меня были дети, я б их на катке не оставлял, — заключил Рома. И заснул. Потом пришла Ира и перевела его на следующую скамейку. И так четыре часа подряд. За это время Ира купила себе одну пару черных штанов.

— Теперь в «Детский мир»? — вдруг проснулся Рома. Еще час Рома выбирал себе модель машинки. Выбрал Pontiac Firebird 1973 года. Потому что у него практически такой же, только с другим передом, он его второй год ремонтирует. Собственно, на этом процесс покупок был завершен, и довольные Ира с Ромой отправились есть.

— Единственное здесь приличное место — вот эта кофейня наверху, — объясняет Ира. — Во-первых, нет всех этих жутких подростков. Во-вторых, можно курить. Я провожу здесь целый день, и здесь совершенно негде курить.

Вот и начало социального расслоения Города Солнца. Одни в «Макдоналдс» за картошкой, другие в кофейню. Даже этажи разные. Тем, кто внизу, негде даже курить.

Здесь вообще, оказывается, много строгих правил. Им посвящен целый раздел на сайте молла. Здесь есть правила пользования катком («На катке запрещено кататься быстро»), правила пользования парковкой («Запрещается разбивать лагеря на территории торгового комплекса») и правила зимнего сада («Пожалуйста, не рассматривайте территорию ТЦ „Мега“ как зону для проведения пикника»). Неплохая, кстати, идея для пикника.

Слоган «Меги» — «The Family Shopping Center», что означает «Центр семейных покупок», но на русский почему-то переводится как «Спортивная семья». Сюда приезжают семьями. Маленьких детей сдают за 60 рублей в час в игровую комнату, тех, кто постарше, — на каток за 50 рублей или на игровые автоматы на несколько часов. Родители в это время ходят по магазинам, потом вместе с детьми едят, а потом идут в кино. Некоторые, впрочем, детей никуда не сдают, а возят их по всему магазину в тележках в бессознательном состоянии.

Василий со своей беременной женой Аней и сыном Егором девяти лет ездит в «Мегу» каждые выходные. Проводят там целый день.

— Здесь удобная парковка, людей меньше, чем в других магазинах, цены нормальные, кино… — объясняет Василий. — Ну разве Егор будет ходить с нами по магазинам, если мы не обещаем ему кино? Да и ресторан «Панчо-пицца» нам очень нравится. Сегодня, отправив сына на каток, сходив в кино и пообедав, они купили книжку про рыбалку. Всё. За этим они приехали с проспекта Мира. Такая вот спортивная семья.

В самом сердце «Меги» — центральная площадь с кучей маленьких забегаловок. Гамбургеры, картошка фри, картошка по-деревенски (соус не надо?), пицца «Маргарита», кукуруза, острые крылышки, хумус, лепешка, кебаб, роллы.

За столиком в суши-баре уже час сидят две девушки. Маша, в синей майке без рукавов и с татуировкой на плече в виде непонятно чего, и Ира, чем-то похожая на героиню фильма «Амели». Ира положила ноги Маше на колени и кормит ее суши с рук. В «Мегу» они приехали справлять двухлетие совместной жизни. Вопрос, почему они приехали справлять его в «Мегу», кажется им таким же удивительным, как почему они фотографируют фотоаппаратом, а не, например, палочками для суши.

— Какой праздник без подарков? — говорит Мария, показывая в Ирину сторону. — Она же цаца, ей нужны цацки. А ехать их куда-то искать нам лень. Тут все есть. Мы, правда, пока только мне купили, но сейчас доедим и пойдем ей купим что-нибудь. В «Зару» или в «Манго».

Роман, Руслан и Стас — студенты первого курса МАИ, Маша учится в ткацком колледже. Приехали на каток. Взяли с утра коньки и отдадут уже в десять вечера, перед самым закрытием. Руслан и Стас катаются, Роман и Маша сидят в коньках на скамейке и целуются. В перерыве идут есть в IKEA.

— Здесь хот-дог, пепси и мороженое стоят 30 рублей за все, в «Меге» нигде такого не найдешь, — говорит Стас.

Они тут живут! Некоторые привыкают к этой жизни настолько, что устраиваются сюда на работу. Карина с Машей и Олей рассказывали, что трое из их мегатусовки устроились работать в «Крошку-картошку».

Зависнуть здесь на многие годы совсем не сложно. Подхожу к Kentucky Fried Chicken и спрашиваю, не нужны ли им работники. Выходит менеджер Олег:

— Когда можете начать работать?

— Завтра.

— Приходите завтра в 12.00. И заполните анкету.

СРЕДА, ДЕНЬ ПЯТЫЙ

— Я забыла паспорт, это ничего?

— Ничего. Ничего, что уже пять минут первого! — это уже менеджер Никита, он теперь мой босс. Он оглядывает меня оценивающим взглядом и достает откуда-то страшного вида грязную майку и черные штаны без пуговиц. — Переодевайся и на кассу!

За час в KFC платят 40 р. То есть восемь часов работаешь — вечером идешь в кино. Без попкорна. Безотходное производство.

Впрочем, зарплата все равно в конце месяца. Но за кассу ставят в первый же день. Без паспорта. За пять минут объясняют, как работает касса, где картошка, где пепси, где курица, а также фразы «свободная касса», «приятного аппетита, приходите еще», а также «размен» — если в кассе нет сдачи, и «отмена» — если пробил не тот заказ. Всем улыбаюсь. Нет ничего прекраснее, чем, имея машину, квартиру, собаку и хорошую зарплату, стоять на кассе в грязной майке и штанах без пуговицы и пробивать «ведро крылышек, пепси безо льда, картошку и — вы не поняли, я просил пепси безо льда, совсем ничего уже не соображаете». Всего за 40 рублей в час. Адский труд.

Ушла на обеденный перерыв, аккуратно сложив грязную форму и беджик в раздевалке. Больше не вернусь. На четыре часа у меня назначена встреча с архитектором, специалистом по моллам. Надо понять, как это работает.

Вышла из «Меги».

Зашла обратно.

Вышла.

Зашла.

Разница, как между цветным и черно-белым телевизором. Тучи и ветер, неприятно задувает.

Поехала в центр. Никогда не думала, что Москва — такой хмурый город. Магазинов почти нет. Асфальт серый.

Кузьма Зорин, аспирант Московского архитектурного института, пишет диссертацию на тему «Торгово-развлекательные комплексы Москвы». Теперь рассказывает мне, как устроена «Мега» с точки зрения законов построения настоящего молла.

— У любого молла должно быть как минимум два якоря.

Якоря — это та пара заведений, ради которой покупатель может приехать в молл: IKEA-«Ашан», IKEA-«Техносила», «Ашан»-«Киностар». Расстояние до якорей от входа должно быть, по последним подсчетам американских исследователей, не больше 183 метров. Будет больше — покупатель устанет, устанет — его покупательская способность снизится. В «Меге» всего четыре лестницы, по три ступеньки каждая. Лестниц в молле быть вообще не должно. Лестница — это лишние движения. Покупатель должен совершать как можно меньше движений. От движения он быстрее устает.

ЧЕТВЕРГ, ДЕНЬ ШЕСТОЙ

В стеклянных крутящихся дверях встречаюсь с менеджером Олегом из KFC. Кадр из кино. Минутная пауза, резко прокручиваю дверь и вбегаю внутрь.

Внутри день апельсинового фонтана. Обещают фонтан из настоящего апельсинового сока. Нахожу маленький фонтанчик, включенный в розетку. Размером с глобус. Рядом девушка разливает из графинов бесплатный апельсиновый сок. Пробую фонтан. Вода. Через неделю обещают дни арбуза.

Сажусь в «Ростик’с» изучать историю.

Молл — в переводе с английского «аллея». Считается, что первый молл появился в Англии в XVIII веке и собственно состоял из одной торговой улицы в центре квартала, которая постепенно обросла разными кафе, парикмахерскими, выставочными залами. Строительство современных моллов началось в Америке после Второй мировой войны. Моллы строились в пригородах, куда из городов стремительно перебиралось большое количество американцев, у которых к этому моменту как раз появились машины. Виктор Грюеэн, один из главных идеологов моллостроительства, считал, что моллы должны строиться по принципу идеального города. Он создавал целые жилые кварталы, пристраивал к магазинам гостиницы, к гостиницам — города.

Вильям Ковински, автор книги The Malling of America («Моллизация Америки»), назвал моллы «собором послевоенной культуры». В 70-е годы американские моллы стали центром жизни американских тинейджеров, практически заменяя собой уже не только торговую площадь, но еще и городской двор. Так появились «mall rats» — магазинные крысы. Они ничего не покупают, но практически живут в молле, как мегатусовка. Именно для них нужны все эти катки, кинотеатры. Так или иначе, если когда-нибудь они что-нибудь и купят, то купят в молле, в котором живут.

В 80-е годы в моллах стали появляться кинотеатры, потом гигантские мультиплексы. В 90-е появился новый вид спорта для пожилых людей: «mall walking». Смысл заключается в том, что пожилым людям надо двигаться, но не по темным же улицам без тротуаров им ходить — можно ходить по моллу, где дорожки гладкие, освещение хорошее и, если что, им всегда придут на помощь. Моллы стали центром политической жизни: здесь собирают подписи, раздают листовки и так далее, опять-таки, как на городской пощади. В «Меге» все, как на Западе: подписи собирают активисты «Гринписа».

Самый большой молл — Mall of America — находится под Миннеаполисом. Его площадь около 1,5 миллионов квадратных метров. Более 200 тысяч магазинов, 20 ресторанов, 14 кинозалов. Некоторые фирмы имеют по нескольку магазинов в разных его концах. В центре комплекса, который составляет единое целое с отелем, автобусной станцией и аэропортом, крытый парк аттракционов с американскими горками. Внутри молла есть даже церковь. Авиакомпания Southwest Airlines предлагает туристам из Японии, Великобритании, Германии, Швейцарии и Австралии специальные туры, которые включают в себя перелет, ночь в гостинице и посещение молла. Ежегодно этот молл посещают 40 миллионов людей, то есть больше 100 тысяч человек в день.

Первым настоящим моллом в России стал «Охотный Ряд» на Манежной площади. Там на трех подземных этажах появились все необходимые магазины для среднего класса, кинотеатр, самое большое на тот момент интернет-кафе и центр игровых автоматов. В хорошую погоду на площади сотни подростков играли в сокс, катались на скейтбордах и на велосипедах. Менее спортивные пили пиво на ступеньках у входа. К вечеру все они перебирались внутрь, обходили все спортивные магазины в поисках хоть чего-нибудь, что они могут себе купить, и выбирая то, что купят, когда смогут. А потом отправлялись либо в кино, либо сидеть в чатах в интернет-кафе.

Это была генеральная репетиция перед окончательной моллизацией Москвы. Сейчас в Москве уже около двадцати моллов. В них, правда, пока не летают рейсы из Токио, но местные туристы уже приезжают.

ПЯТНИЦА, ДЕНЬ СЕДЬМОЙ

Незнакомые люди в «Меге» уже вызывают подозрение. С другой стороны, пятница (уже пятница? а который час?), некоторые и впрямь приезжают за покупками.

Елена Николаевна с пятнадцатилетней Ирой приехали из Твери: надо как-то развлечь дочь перед школой. В Москве всего неделю. Живут у родственников. Были на Красной площади, в Пушкинском музее и вот теперь в «Меге».

— А мы, знаете, многого купить не можем, — признается Елена Николаевна. — Но мы все фотографируем, что тут есть, запоминаем, потому что у нас ведь очень много всего есть того же самого, только, конечно, нашего производства.

— И Кремль свой тоже есть, — добавляет Ира. И сразу понятно, что Кремль ничуть не хуже нашей «Меги».

Раз в двадцать минут подъезжает автобус, открываются двери, и оттуда высыпается толпа людей.

Там, на заднем плане, огромная очередь в магазин «Сити-обувь». Обещают какие-то нереальные скидки.

Это Дима с бабушкой. Уже второй час играют в мини-гольф. Кстати, мини-гольф ненастоящий. Там шарики резиновые и трава искусственная.

Рома и Татьяна Алексеевна с Анатолием Еремеевичем. В пакете посередине — та самая летающая машинка.

Оля, Маша и Карина. Очень не любят фотографироваться.

Странно выглядят на катке люди в майках без рукавов.

Это игровой автосимулятор, который подпрыгивает на кочках и дергается и вообще всячески реагирует на дорогу. Там даже есть ремни безопасности. Игра — 30 р.

Рома ждет, пока Ира выйдет из магазина.

Через пять минут Ира купит те штаны, которые пока еще даже не надела. Но Роме, кажется, нравится и так.

Покупки сделаны. Покупок больше нет.

Маша и Ира. Маша фотограф, двадцать минут требовала, чтобы я снимала их на ее огромный «Никон». Сошлись на том, что сниму и на их, и на свой.

Стас, Руслан, Рома и Маша. Рома и Маша вышли на лед только после долгих уговоров. Они не любят, когда их отрывают. От поцелуев на скамейке.

Это я в раздевалке Kentucky Fried Chicken.

Это вид сверху на жизнь внизу из единственного кафе на втором этаже.

Этот мутант встречает детей у самого входа. Эта девочка первая за полчаса, кто его не испугался.

В очереди в женский туалет можно прождать минут двадцать.

Телевизор у магазина «Техносила» пользуется огромной популярностью у посетителей. К тому же этот диван намного удобнее жестких скамеек, которые стоят по всей «Меге».

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter