Атлас
Войти  

Также по теме

Не один дома

  • 1649

Я люблю коммунальные квартиры. Наверное, потому что мое детство прошло в коммуналке. Сейчас я понимаю, что это была череда бесценных житейских уроков, сравнимых разве что с последующим армейским опытом. Можно сказать, что коммуналки воспитывают характер и закаляют жилищный дух. В нынешней Москве этот тренажер духа в среднем стоит около 130 тысяч долларов.

В моем списке было две комнаты. Первую я условно назвал «ля квартир на Пятницкой».

— Вы похожи на артиста, — сказала риелторша. — Вы артист?

— Некоторым образом, — по-чеховски расплывчато ответил я. Риелторша улыбнулась своей проницательности:

— Просто вы так необычно выглядите… О, я уже в том возрасте, когда можно говорить комплименты, — прибавила она с долей кокетства.

— Дом дореволюционный, как я вам уже говорила по телефону, а верхние два этажа надстроены позже, — в ее руке загремела связка ключей.

Подъезд начался бункером. Над головой сгустился низкий потолок. Через пару шагов бункер закончился, и подъезд распахнулся во все стороны. Стало просторно, как в гроте.

— Весь дом практически выкуплен иностранцами, в основном французами. Даже домоуправ — француз. Жан Кристоф…

— Они по-русски хоть говорят?

— Говорят… Говорят, когда коммуналка будет расселена, тогда сделают капитальный ремонт. Перекрытия здесь же-бе, — прозвучало очень по-французски, что-то вроде «жё бэ», — дом не подлежит сносу, памятник архитектуры. Никаких подводных камней. Иначе французы бы здесь ничего не покупали…

Мы поднялись на четвертый этаж, где находился наш коммунальный реликт.

— А что хозяйка?

— У нее своя квартира, а эту комнату она купила давно для племянника. Теперь продает.

— У меня вопрос по поводу цены…

— О цене тихо, — риелторша поднесла палец к губам, как косыночница с плаката «Не болтай!». — Вы что, никогда квартиру не покупали? Нет? Это заметно, — она открыла входную дверь.

Коридоры всех коммунальных квартир одинаковы, как лица алкоголиков.

— Места общего пользования, — так политкорректно назвала уборную и ванную риелторша. В туалете на стене, похожий на хомут, висел черный стульчак. Бачок напоминал бокал на длинной ножке и был выкрашен зеленой масляной краской — все как в моем детстве, прилагалась даже унитазная цепь на дубе том. Коридор свернул: направо была общая кухня, налево — комнаты.

— Две плиты общие. Вот место для вашего холодильника и стола. Никогда ничего из продуктов не пропадало. Вот первая дверь, живет старушка божий одуванчик, очень интеллигентная, работает в архиве. Вторая дверь — одинокий мужчина, он редко здесь бывает. Третья дверь наша, дальше — семья, мама с сыном, у них тоже своя квартира, они тут не часто, а в конце коридора — женщина из Казахстана — у нее две смежные комнаты. Вы один здесь жить собираетесь?

— Один. Просто понадобился кабинет, московское койко-место.

Наша комната оказалась правильным кубом на 14 квадратов, довольно прокуренным.

— Обратите внимание, высота потолка — 4 метра и стены ровные. Просто поменять обои и побелить потолок. Окно можно заменить стеклопакетом. И чуть-чуть расширить…

Окно было и впрямь небольшим. Конечно, не амбразура, но далеко не витраж, и выходило во двор.

— Вы же можете потихоньку выкупить всю квартиру, — гипнотизировала риелторша, — у матери с сыном — 15 метров, они хотят 150 тысяч, казашка за свои две комнаты общей площадью 19 метров хочет 160 тысяч — правда, евро, но можно сторговать, у старушки богатый внук, ее тоже можно отселить, у вашего соседа справа — такой же метраж, как и у вас…

— И стоить будет тоже 113 тысяч?

— Почему 113? — удивилась риелторша. — 130 тысяч долларов, — и убийственно уточнила: — По курсу 25 рублей за доллар — «ля комната» дорожала, как на дрожжах.

— А в объявлении было написано 113, — упавшим голосом сказал я.

— У вас есть другие варианты? — ревниво догадалась риелторша.

— Да, — признался я, — на Чистых прудах.

Риелторша на прощание строго произнесла:

— Смотрите не упустите. Квартира на Пятницкой всего за 900 тысяч. Тут нельзя раздумывать. Такой шанс бывает…

Про раз в жизни она не сказала. Хотя могла бы. Ведь не каждый же день, в конце-то концов, продается комната в доме с французами, да еще и на Пятницкой. Но я все равно поехал на Чистопрудный бульвар.

К дому №12 снаружи был нарощен лифт в плексигласовом корпусе, граненом, как стакан. Подъезд был обычный, хрущевский, и запахи в нем были знакомые — сложный аромаконструкт из пищевого мусора, штукатурочного тлена, котов. Риелторша перед дверью вытащила из сумки бахилы:

— Паркет только привели в порядок…

В коридоре нас встретили двое: кошка и старуха. Кошка сбежала сразу, а старуха только после исчерпывающего ответа, что мы «комнату смотреть».

Комната была хороша: с альковом и большим стеклопакетным окном, выходящим в тихий малоэтажный двор.

— 18,4 метра, — опередила мой вопрос риелторша. — Потолки… в плане указано 2,85 метра — но тут явно выше. Перекрытия смешанные.

— Значит, расселять будут? Сносить?

— Пока неизвестно. Но вы же знаете о постановлении Лужкова, что в центре не будет коммунальных квартир. У соседей — мать с сыном — две комнаты: 18,6 и 8,5 метров. Они ждут расселения и двушку в центре. Да, здесь еще одна комната — 12,2 метра. Владелец живет неподалеку, он купил комнату для проживания няни.

— Как мило, это мы няню, что ли, встретили в коридоре? — старуха вполне подходила на роль голубки дряхлой и выпить с горя, где же кружка…

— Нет, это не она. Няня — вполне молодая женщина, а это бабушка этой самой семьи, где мать и сын. Погостить приехала. А владелец комнаты для няни будет точно продавать комнату летом — у него летом три года. Где-то за 160 тысяч. То есть если вы покупать всю квартиру будете, то понадобится где-то еще шестьсот тысяч.

— А что там за история с тремя годами?

— Если квартира в собственности больше трех лет, — пояснила риелторша, — то вы не платите налоги при продаже.


Комната за $140 000 – в верхнем правом углу плана

— А если меньше трех лет, я что, не смогу свою комнату продать?

— Все вы можете. Только в случае с коммуналкой соседей еще и оповещать надо. Если соседи в течение месяца не дают заявления…

— Соседи могут быть против?

— Они могут сказать, что выкупят вашу площадь сами. Но кто же против, пусть выкупают. Наши соседи уже оповещение получили три недели назад. Это такая система, у нотариуса пишется заявление, нотариус отправляет оповещение, если в течение месяца от соседей нет никаких заявлений, нотариус соответствующую бумагу готовит о том, что никто из соседей не претендует на эту площадь.

— А эти пресловутые три года собственности не влияют на то, когда город расселяет коммуналку?

— Не влияет даже, прописаны вы или нет. И количество собственников — без разницы. Хоть сорок собственников в одной комнате — им все равно дадут только однокомнатную квартиру. Но если вы захотите двушку, то есть возможность доплатить по остаточной стоимости. В этом году у меня нет примеров, а в прошлом доплачивали по 300 долларов за метр.

— А хозяйка по цене вниз не пойдет? — на всякий случай уточнил я.

— Цена и так занижена, — риелторша достала калькулятор и через несколько секунд огласила: — 7,6 тысяч за метр. И это в центре и в такой тишине. Летом тут все в зелени, птички поют…

Я взял фотоаппарат и снял комнату в профиль и анфас, затем пошел на кухню — запечатлеть мой кухонный угол, от серванта до стиральной машинки. В этот момент вплыла несостоявшаяся пушкинская няня и буркнула дребезжащим голосом:

— Это еще зачем!

— А как же без фотографий-то, — попытался я возразить. — Я же много комнат смотрю. Для памяти…

— Сначала покупайте, а потом снимайте! — отрезала старуха и сторожево оскалила зубной протез. Я послушно спрятал мыльницу в карман. По большому счету «няня» была права. Действительно, вначале покупайте, а потом уже…

Но я все равно люблю коммуналки. Квартиры из детства все-таки.


Фотографии: Михаил Елизаров


$130 000
Пятницкая, 46, м. «Новокузнецкая», комната в шестикомнатной квартире, 4 этаж, 14,5 м2, телефон, высота потолка 4 м, состояние среднее, подъезд после ремонта, уютный двор, детская площадка, юридически и физически свободна, перспектива, возможна ипотека, свободна.
363 10 10

$140 000
Чистопрудный б-р, 12, м. «Чистые пруды», 7 минут пешком от метро, комната в четырехкомнатной квартире, 18,4 м, общая площадь 86 м, кухня 14 м, в комнате евроремонт, телефон, 3/6-этажного дома.
8 916 374 87 58

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter