Атлас
Войти  

Также по теме

Огонь, иди со мной

  • 2513


Фотография: Андрей Стенин/«Коммерсант»

Воскресенье 8 июня

22.52. Михаил Казиник:
Я — ответственный гражданин. Услышанная в каком-то американском фильме, ко мне привязалась эта фраза, и я не знаю, что с ней делать. В Москве горят машины, черт возьми. Пошел на балкон. Притертая из-за нехватки парковочных мест к помойке моя машина спокойно стояла внизу. Дом у нас высокий, машин много. Все стоят вплотную. Полыхнет одна — сгорят все. Несколько лет назад на том месте, где сейчас стоит моя машина, сгорел «фольксваген». Машин тогда было меньше. Перекинуться огню было не на кого. Пламя долетало до второго этажа. Помню, все бегали вокруг и спрашивали друг друга: «А если загорится бензобак?» Бензобак не загорелся. Приехали пожарные, потушили. На асфальте еще полгода можно было разглядеть темное пятно. Почему я вспомнил это сейчас? Наверное, те, у кого прошлой ночью сгорели машины, были уверены, что именно их машины не сгорят никогда. Почему я уверен, что не сгорит моя? Говорят, поджигатель отдает предпочтение серебристым. Моя не то черная, не то синяя. В криминальных новостях я видел сгоревший накануне «мерседес». Он был черным.

23.40. Станислав Бенецкий:
Определенно, выходные отравлены размышлениями о пироманьяке. Почему он поджигает дешевые машины? Разве он не должен был поджигать только дорогие марки? Правда ли, что ему нравится жечь мини-вэны? Ненавидит ли он окраску металлик? Если все так, то, значит, моя машина в опасности.


Хронология событий

30 мая 4.03. Первый поджог в Москве. В микрорайоне Северное Бутово сгорело 9 автомобилей.

1 июня 2.26. Два почти одновременных поджога в Москве — загорелись автомобили на улицах Алтайская и Сталеваров.

2 июня 2.38. Загорелся «Форд-Фокус» на Новоясеневском проспекте в Москве.

03.40. Здесь же сгорела «газель».

3 июня 1.00. В Москве во дворе дома на улице Профсоюзная загорелся автомобиль БМВ. Этой же ночью сгорели еще два БМВ — на улицах 1-я Владимирская и Флотская.

4 июня Поджоги начинаются в других городах. В Перми сожжены три ВАЗа и «тойота». От горевшей иномарки пострадали еще две близко припаркованные модели ВАЗ.

4.00. В Москве на улице Суворовская загорелся «хендай». На улице Староалексеевская сожгли «жигули». На 31-м км МКАД — «газель».

5 июня 1.00. В Москве на Мячковском бульваре загорелись «жигули».

В Москве на 2-й Рейсовой улице загорелась снятая с учета и стоявшая много лет во дворе «волга». Тут же были задержаны четыре ученика 8-го класса местной школы. Подростки разбили стекло, залезли в салон и подожгли газету на панели — машина воспламенилась. Милиция признала, что к предыдущим поджогам школьники не имеют отношения.

6.00. В Санкт-Петербурге на проспекте Стачек сгорел «Опель-Фронтера». Еще две машины сгорели на Комендантском проспекте и одна — на Шуваловском проспекте. Днем сгорели ВАЗ-2101 и «газель». Вечером в Усть-Ижоре сгорел ВАЗ-2107. Ночью на проспекте Культуры обгорел автобус «икарус». На Мичуринской улице жертвой огня стал «Мерседес E320».

6 июня В Москве на Ярославском шоссе загорелся «опель».

7 июня В Новосибирске сгорели две машины. Свидетели видели, как несколько человек разбили стекло машины и бросили в салон что-то горящее.

03.15. В Москве на Чертановской улице полностью сгорели сразу три автомобиля.

04.05. В Москве на проспекте Вернадского загорелись «Фольксваген-Пассат» и «Форд-Фьюжн». 04.30. В Москве на Матвеевской улице сгорел ВАЗ-2106.

8 июня 0.30. В Москве почти одновременно загорелись три автомобиля — два на улице Кировоградская и один на Нагатинской набережной.

07.30. В Москве на улице Войковская сгорел автомобиль марки «ниссан». Днем в Москве на улице Константинова загорелся ВАЗ.

9—11 июня Информация о поджогах не появлялась.

12 июня 0.00. В Москве на Кировоградской улице загорелась машина. Незадолго до пожара местные жители сообщили оперативникам, что рядом с ней стоят несколько молодых людей. Милиция прибыла с опозданием и никого не задержала.

5.00. В Москве на Нагатинской набережной сгорел автомобиль «таврия».


Понедельник 9 июня

01.24. Михаил Казиник:
Только что был свидетелем того, как несколько незнакомых подростков пробежали по крышам припаркованных вдоль дома автомобилей. Паркур, мать его, что ли? Завыли многочисленные сигнализации. Позвонить в милицию? Или реже смотреть в окно?

07.38. Станислав Бенецкий:
Спал тревожно, часто смотрел в окно. Сквозь раскачивающиеся ветки машина видна чрезвычайно плохо. Отблески фонарного света напоминают отблески костра.

10.59. Михаил Казиник:
Моя машина на месте.Читаю новости: за прошедшую ночь в Москве сожжены три автомобиля. Говорят об эпидемии подражания. Нахожу фоторобот предполагаемого поджигателя. Мужчина на многократно отксерокопированном листке больше всего похож на Бориса Березовского. Что бы я сделал, если бы моя машина сгорела? И еще: кто-нибудь патрулирует наш район? Дружинники? Простые граждане? Когда взорвались дома на Каширке и на Гурьянова, жители нашего двора решили организовать дежурство. Дежурства длились одну ночь, и задержан был лишь один правонарушитель — я. Потому что отрастил бороду. На парковке перед подъездом спрашиваю нескольких автомобилистов: может, создадим патруль? Машины-то, вон, горят. Автомобилисты смотрят недоуменно. А я ведь даже не успел сказать, что патруль будет велосипедный.

11.04. Станислав Бенецкий:
Звонит Казиник. Оперируя термином «ответственный гражданин», предлагает организовать велопатрулирование района. Интересно, я ответственный гражданин или параноик? Да, велопатруль, предположим. Я люблю кататься ночью по району. Но кто-то же должен нас уполномочить? Предположим, депутат. В противном случае нас просто остановят случайные милиционеры, объявив, что мы и есть поджигатели. К тому же Казиник похож на этот проклятый фоторобот. Только у него борода.

11.19. Станислав Бенецкий:
После звонка депутату от нашего района я не знаю, кто я. Все ли в порядке со мной? Чего я хочу от жизни и лично от своего депутата? Секретарь чрезвычайно занятого Михаила Ивановича — девушка с бархатистыми интонациями — выслушивает все, что я спешу ей сообщить: поджоги, пироман, ответственные граждане, нужна помощь. «По таким вопросам с Михаилом Ивановичем я вас соединить не могу», — вежливо сообщает женский голос, в бархатистых интонациях которого слышится «лечите голову». Вешаю трубку. Может, и вправду не стоит так переживать, а лучше поскорее оформить каско? Но вдруг именно этого они и ждут от нас? И кто такие эти они?


В каких районах столицы горели автомобили

01. Юго-Западный административный округ: Куликовская, Знаменские Садки, Профсоюзная
02. Южный административный округ: Кировоградская, Чертановская, Нагатинская наб.
03. Восточный административный округ: Алтайская, 1-я Владимирская, Сталеваров, Суворовская
04. Северный административный округ: Войковская, Флотская
05. Северо-Восточный административный округ: Староалексеевская, Константинова
06. Юго-Восточный административный округ: Мячковский б-р
07. Западный административный округ: 2-я Рейсовая
08. Ярославское ш.


11.27. Михаил Казиник:
Безрезультатно пытаюсь отыскать визитку участкового. Говорят, он заходил года три назад, когда меня не было дома, знакомился. Может, он знает, как нам организовать велопатруль? Интересно, кстати, почему участковые не ездят на велосипедах? И почему с тех пор я ни разу не видел его? Звонит Бенецкий. Предложение ответственного гражданина X (то есть Бенецкого) депутату Y (то есть Михаилу Ивановичу) о поддержке инициативы двух граждан в организации ночного патруля по охране личных транспортных средств было встречено с прохладой. Думаю об этом, пока иду в сторону районной управы. У них-то должен быть телефон участкового.

13.03. Станислав Бенецкий:
«Такими вопросами наш депутат не занимается». Решусь ли я на горькие слова осуждения? А чего я хотел? Чтобы депутат выдал мне трещотку, фонарик и повязку смертника? Наделил полномочиями будить спящих криком «караул»? Мирить подвыпивших влюбленных? Тон секретаря Михаила Ивановича убедил меня: было наивно, наивно и глупо предлагать депутату от нашего района поддержать такую странную инициативу — ночное патрулирование района (да еще и на велосипедах!) с целью предотвращения противоправных действий со стороны маньяка-пиромана, таинственного поджигателя машин.

14.44. Михаил Казиник:
В управе телефона участкового не знают. «Да они там меняются каждые полгода», — говорит женщина из единого окна. Охранник, на столе которого стоит ксерокопия фоторобота московского поджигателя, смотрит на меня с подозрением. В его взгляде можно прочитать: честные люди участкового искать не станут. Нет, а все-таки каков наш депутат! Кажется, у Михаила Ивановича, депутата от моего района, за которого никто из моих знакомых не голосовал, но который тем не менее стал депутатом, — масса важных дел в производстве. И машина в огнестойком гараже.

15.20. Станислав Бенецкий:
Звоню в комитет народной дружины Москвы. Обладатель зычного голоса, некто «дежурный слушает» — по ощущениям, офицер запаса с двадцатилетним стажем московского пенсионера — не сразу понял, о чем я говорю. То ли я слишком тихо и робко бубню, то ли повторенная трижды фраза «я звоню насчет поджогов машин, в связи с участившимися случаями которых предлагаю организовать велосипедное патрулирование окрестностей» наводит офицера запаса на страшные подозрения в моей неблагонадежности. Наконец мой вопрос понят. Секундное замешательство, вызванное, очевидно, восторгом по поводу редкой в наше время гражданской активности. «Дружины у нас дежурят, а как же, ежедневные рейды совершаем. Конечно, предотвращение поджогов — это не первостепенная наша задача, но мы и за этим стараемся смотреть. А вам с вашей инициативой надо в ОПОП! У вас там такой замечательный начальник — Андрей Анатольевич. Огромный такой двухметровый мужик, очень активный, депутат там тоже по округу вашему». Образ огромного двухметрового депутата с кулаками размером с гирю впечатляет даже по телефону.

18.31. Михаил Казиник:
Какое странное слово «ОПОП». Есть окот у кошек, отел у коров. Сто раз проходил мимо и даже не задумывался о том, что это за таинственная организация. Читаю на двери расшифровку: общественный пункт охраны порядка. Робею, но вхожу. На столе стоит скромный портрет нового президента. Старого президента нигде не видно. За столом сидит председатель совета ОПОП Некрасов. Так он представляется.

Иду ва-банк: помогите организовать велопатруль, машины-то горят, вот у нас с другом совсем новые, только купили, у него семья, да и мне есть кого возить; мы вот тут на велосипедах по ночам катаемся, так подумали: может, нам организовать патруль, может, подежурить, вдруг сумеем предотвратить или задержать; ведь дела-то никому нет, я и соседям по подъезду говорю, мол, давайте, а они как-то сразу в сторону, а у меня, вон, вчера под окнами дети по машинам бегали, сегодня бегают, а завтра подожгут; вот мы и решили заглянуть к вам, как ответственные граждане. «Вы сознательные граждане, — уточняет председатель Некрасов. — Молодцы, что пришли. Давайте-ка ваши телефоны, адреса, год рождения, имя, фамилию…» Пока Некрасов записывает наши не самые простые фамилии, он успевает пожаловаться на то, что не будь таких, как мы (а мы, говорит он, первые), некому было бы район охранять. Личная борьба Некрасова с московским поджигателем пока безуспешна, но энергозатратна. «Я каждое утро хожу по району и расклеиваю по подъездам фотороботы этого маньяка. А через полчаса иду — уже ни одного портрета, все посрывали». Вежливо киваю: единственный портрет, который я видел, стоит в районной управе.

19.00. Станислав Бенецкий:
А ведь сегодня нам выходить на первое велодежурство. Интересно, что нужно взять с собой? Фонарик? Дадут ли нам наручники? И если дадут, то кто?

19.01. Михаил Казиник:
Из разговора с председателем Некрасовым выясняется, что, хотя дружинников в Москве вроде бы хватает, далеко не все из них действительно несут службу. В первую очередь потому, что дружинник получает определенные льготы — бесплатный проезд, дополнительные выходные. Получив льготы, многие, как правило, забывают о своей гражданской совести. Мне тоже есть на что пожаловаться Некрасову, и я рассказываю о том, как безрезультатно пытался уговорить хоть кого-то из соседей выйти со мной на дежурство, а согласился только друг детства. «Это время такое, — говорит председатель Некрасов. — Люди друг от друга стали шарахаться. Уже и «здрасте» друг другу не говорят, соседа пугаются. Вот вы молодцы, что пришли!» «Ну, — как можно скромнее говорю я, — мы же ответственные граждане». — «Если что-то увидите, сразу звоните 02». «А если самим задерживать придется?» — напираю я. «Самим? — недоуменно поднимает брови председатель Некрасов. — Главное, не лезьте на нож». Интересно, как там моя машина, припаркованная у дверей ОПОПа? Отсюда, из кабинета, ее не видать.


Кто и зачем поджигает машины? Версии

01. Машины поджигает отряд бабушек-террористок, недовольных тем, что московские дворы заполонили неправильно припаркованные автомобили.

02. Поджоги — дело рук легендарного сумасшедшего, которому однажды не уступили дорогу на пешеходном переходе.

03. За поджогами стоят страховые компании, вступившие в сговор, чтобы заставить москвичей страховать машины от несчастных случаев.

04. Поджигатель действует в интересах мэрии, которая таким радикальным образом хочет решить проблему пробок.

05. Первые поджоги — дело рук обычных хулиганов, а все последующие — результат так называемого синдрома новостей. Неуравновешенные люди по всей стране решили тоже совершить поступок, о котором расскажут в новостях.

06. Пироман — сошедший с ума бывший (или нынешний) работник ГИБДД, возненавидевший разом всех автолюбителей.

07. Новосозданная организация велосипедистов «За двухколесный город», объединившаяся с байкерами: скопление машин в городах мешает существовать и тем и другим.

08. Поджигатель — Робин Гуд из Бутова, движимый социальным протестом.

09. Машины жгут профессиональные поджигатели, в прошлом — устроители «риелторских пожаров». Сейчас они остались без работы, а привычка осталась.

10. Поджигатели — молодые мамы или няни, которым неправильно припаркованные автомобили мешают гулять с детьми в колясках.


Вторник 10 июня

01.08. Станислав Бенецкий:
Никакого праздного катания по улицам, никакой скорости, никакого наслаждения свежим воздухом с реки. В туманной прохладе носятся подсвеченные фонарями тополиные снежинки; сияет листва грустных московских деревьев. Будет буря, это точно. Какой нормальный (и ненормальный) человек будет заниматься поджогами в бурю? А вдруг у него обострения именно в непогоду? Щербатые улицы района кажутся более подозрительными, чем обычно. Вдоль подъездов сидят зоркие припозднившиеся старушки. У детсадовских песочниц толпятся безвредные подростки с пивом. Тротуары утыканы сверкающими автомобилями. Где-то, возможно, здесь или через соседний двор, крадется маньяк со смоченной бензином тряпкой. Как он это делает? Что, просто садится на корточки и поджигает?

01.14. Михаил Казиник:
Надо суммировать сделанное: мы не сделали ничего. Нас никуда не записали, ни к кому не определили, ничего не посоветовали и ничем не снабдили. По большому счету у нас даже нет бумаги, которая бы объясняла ночным милицейским патрулям нашу сущность. Но мы вышли в первый патруль. Чувствую себя ответственным гражданином, которого отвергло общество, указав ему на то, что его помощь никому не нужна.

01.54. Станислав Бенецкий:
Дует ветер, собирается дождь. Холодно. Ну не враг же он себе? Понятно, что мы имеем дело с личностью с девиантным поведением, но ведь не станет же он в такую погоду поджигать. Или станет? Вроде дождь должен помешать. А дождь будет серьезный.

03.29. Михаил Казиник:
Светает. Дождь лил всю ночь. Вымок я порядочно. Самодельная визитка, которую дал мне председатель Некрасов и которую я собирался в самом крайнем случае использовать как охранную грамоту, расползлась и потекла. Все, что видел за ночь, — это огромная парковка, построенная на месте стадиона, где мы играли в футбол, когда учились в школе, и взрослого мужчину, который спал, прислонившись к дереву. Возможно, конечно, он и был московским поджигателем. Но тогда ему удалось отменно замаскироваться. И вот еще что: мы не видели ни одного милицейского патруля. Видимо, когда идет дождь, в отделении становится очень уютно. Надо спать.

09.26. Станислав Бенецкий:
Удивительно, но за минувшую ночь как будто бы ничего не сгорело. Вряд ли это наша заслуга. Сегодня снова в патруль.

11.07. Михаил Казиник:
Говорят, милиция решила не оглашать более сведения о поджогах автомобилей, чтобы не провоцировать тем самым новые поджоги. Похоже на типичное замалчивание. Но, видимо, они преследуют благую цель. Может, вечером немного поспать? Ночные патрули здорово выматывают, да.

23.49. Станислав Бенецкий:
У нас есть коллеги, и это приятно. Тревожно патрулирует пустую улицу одинокая бабушка, оплот порядка и дисциплины. Один из таких тихих стражей спас телефонным звонком машину моего свекра лет десять назад, когда подобная волна поджогов, но меньших размеров, прокатилась по дворам Зюзино. А вдруг эти случаи как-то связаны? Район — первоначально поджоги начались на Юго-Западе — совпадает, время вроде тоже. Почерк? О почерке поджигателя в скудных новостных сводках не сообщается.


Марки сгоревших автомобилей

ВАЗ — 12 машин
«опель», «хендай» — по 4 машины
«газель», БМВ — по 3 машины
«ниссан», «москвич», «форд», «мицубиси», «мазда» — по 2 машины
«тойота», «волга», «хонда», «Иж-Ока», «Гранд-Чероки», «мерседес», автобус «икарус», «фольксваген», «таврия» — по одной машине


Среда 11 июня

00.48. Михаил Казиник:
Все тихо в нашем Нагатино. Печальные ночные персонажи уныло изучают рисунки плевков на асфальте; пустые бутылки перекатываются по тротуару, иногда бьются. Испания — Россия 4:1. Припозднившиеся молодые люди (по виду — встретившиеся через 5 лет после окончания школы одноклассники) беззлобно толпятся посреди дороги, гогочут и говорят грубое. «Не орите, б…, ребенка разбудите!» — заглушает всех одна девушка, когда мимо компании осторожно проходят молодожены с коляской. Тут поджигателю делать нечего.

02.03. Станислав Бенецкий:
Год назад в моем дворе была подожжена машина, но это, правда, были какие-то свои разборки. Через заднее стекло была брошена бутылка с зажигательной смесью. Помню, как страшно было приближаться к авто и как смешно выглядела моя попытка затушить пожар штатным автомобильным огнетушителем, купленным для техосмотра. Вот черт, кажется, мы забыли главное — огнетушитель. Что мы будем делать, если увидим горящую машину? Станем вязать маньяка на фоне пылающего факела?

02.04. Михаил Казиник:
М-да, про самое главное как-то позабыли. Интересно, есть ли огнетушители у милицейских патрулей?

02.33. Станислав Бенецкий:
Мы катим дальше по улицам района, слушаем его нецензурные шепоты и стоны. Любуемся плодами нового таджикского дворницкого порядка, наслаждаемся крашеными бортиками и едва просохшими от весеннего подновления детскими площадками. Мы катим навстречу неведомому злу, столь отвратительно получившемуся на фотороботе. Неведомый маньяк, мы, ответственные граждане Нагатино, не боимся и ищем тебя.

09.54. Михаил Казиник:
Часа два назад звонил телефон. Я проснулся от его звонка и подумал: черт. Тогда, когда я прощался с председателем Некрасовым, он сказал мне: если что, если потребуетесь — буду вам звонить. Неужели он? Нет. Компания «Ростелеком» голосом женщины-робота объявляет о том, что порядок набора номера при междугородных звонках изменен. «Буду вам звонить», — так я и сказал. Сегодня мы в патруль не идем. Очень хочется спать. Ответственный ли я гражданин?

10.14. Станислав Бенецкий:
Я ответственный гражданин, и я очень хочу спать.


P.S. От редакции: 12 июня в 5.00, то есть на следующую ночь, после того как ответственные граждане Казиник и Бенецкий перестали патрулировать район Нагатино, у дома 64 по Нагатинской набережной сгорела автомашина «таврия».

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter