Атлас
Войти  

Также по теме

Наталья Синдеева: «При худшем развитии событий я обращусь к президенту. Я буду до последнего биться за телеканал»

«Триколор ТВ» отключает «Дождь» с 10 февраля. Это был последний крупный оператор кабельного телевидения в России, который продолжал трансляцию канала после того, как его начали отключать от сетей вещания. Генеральный директор и инвестор «Дождя» отвечают на вопросы о ситуации вокруг канала и о его будущем

  • 17302
Пресс-конференция на «Дожде», трансляция

13.03. Гендиректор «Дождя» Наталья Синдеева открывает конференцию обращением: «Если «Триколор ТВ» отключит нас, то это фактически гибель, ведь канал не может существовать на рекламные деньги». Дальше она рассказывает, как происходило становление «Дождя».

Синдеева: В апреле будет 6 лет вещанию телеканала. Для меня это канал-мечта. Я мечтала создать телевидение, которое будут смотреть те, кто давно в нем разочаровался. У нас уже были отлучения от эфира в самом начале пути. Мы это пережили, мы вернулись и продолжили развиваться. Конечно, если посмотреть на нишу информационного вещания, становится понятно, что телевидение — это самое дорогое. Но мы научились работать недорого. Мы учились вместе с нашим зрителем, безусловно, совершая ошибки. Сейчас к нам ездят на обучение журналисты и продюсеры других телеканалов. Мы с удовольствием делимся с ними своим опытом. 

Я с оптимизмом смотрю в будущее. Я уверена, что все разрешится благополучно и нас подключат снова. Я в этом не сомневаюсь. 


13.10. Инвестор телеканала «Дождь» Александр Винокуров: В 2012 году мы приняли решение, что хотим быть платным кабельным каналом. Как строится работа этих каналов? «Операторы, транслирующие телеканал в своих сетях, платят за наш контент определенную сумму в месяц за каждого абонента, имеющего возможность смотреть канал в соответствующих пакетах. Такой тип дохода составляет около 50% выручки зарубежных платных новостных телеканалов. Оставшуюся часть каналы получают за счет рекламы. 

Подписка для нас — это примерно то же самое, как платная парковка для правительства Москвы: просто попытка снизить количество машин на дорогах. Мы хотели увести зрителей из интернета в телевизор, потому что, во-первых, там смотреть лучше, а во-вторых, мы все-таки телевидение, а не сайт с видеоконтентом. И должен отметить, что у нас это получилось. То есть получалось, пока нас не решили закрыть.

Смотрите, как устроена бизнес-модель телеканала: 20–25% мы должны были заработать на продаже контента платным операторам. Большую часть — на рекламе, для которой важен охват аудитории. Сейчас нам отключают 80% технического охвата. Соответственно, мы не можем зарабатывать на продаже рекламы. Соответственно, мы не можем существовать как телевидение. Что мы придумали? Час назад мы предложили бесплатный льготный период для всех абонентов. 

Говорят, что в бизнесе либо победа, либо капитуляция. Я не верю в это. У нас нет войны с операторами. Мы не можем вести войну до тех пор, пока кто-нибудь погибнет. Мы также выгодны операторам, как операторы выгодны нам.

Именно поэтому мы убеждены, что операторы приняли решение отключить телеканал «Дождь» под давлением.

13.16. «Ведомости»: В истории с «Триколором» кто кому платил? Вы им, или они вам?

Винокуров: Триколор» покрывает почти всю территорию нашей страны. Наши отношения с «Триколором» были отличными от тех, что сложились с 273 другими кабельными операторами. Все платили нам за контент — мы платили «Триколору», поскольку только у них есть доступ к более 10 миллионам домохозяйств. 

«Ведомости»: Как ведут себя рекламодатели? 

Синдеева: Очень достойно. Одни предлагают уходить в интернет и с готовностью предлагают размещаться здесь. Другие чуть притормаживают проекты, но не выводят деньги из телеканала. Мы очень благодарны нашим партнерам за доверие. 

13.18. РБК: Как будет меняться структура работы телеканала в связи с изменившимися условиями? 

Синдеева: Никак, вся внутренняя работа идет, как прежде. Мы ничего не закрываем. У нас есть slon.ru и БГ, мы работаем дальше. Вещание на телеканале будет сохранено. Да, мы сейчас потуже затянули пояса, хотя, казалось бы, уже и некуда затягивать. Я благодарна моим сотрудникам, которые сейчас активно предлагают оптимизировать расходы или работать бесплатно.

С внешней стороны — мы начали еще активнее прорабатывать возможности вещания через smart TV. Мы и так планировали это делать раньше, просто сейчас начали более активно вести переговоры.

13.22. РБК: Как устроена юридическая сторона ваших отношений с операторами?

Винокуров: Мы направили претензии к нашим партнерам, но у нас нет желания судиться с ними. 

РБК: Выросла ли подписка?

Винокуров: В два раза. Но мы приняли решение пока не раскрывать количество подписок.

13.28. Moscow Times: Сколько операторов вас отключили и кто подключил обратно?

Синдеева: Сейчас осталось 2 миллиона домохозяйств. Обратно нас никто не подключал.

13.30. «Эхо Москвы»: Если переговоры зайдут в тупик и вас больше не подключат, какую вы разработали стратегию работы? 

Синдеева: Возможно, наши читатели и зрители покроют наши расходы...

Винокуров (перебивая): Я не верю в это. Смотрите, мы хотим остаться в разумной бизнес-модели, когда платят и зрители, и рекламодатели. Для рекламодателей важен охват аудитории. Если мы не получим доступ к техническому охвату, то мы формально перестанем быть телевидением. Кем мы будем, если не телевидением, мы пока не знаем и об этом не думали. При этом мы точно понимаем, что нам было бы достаточно одного «Триколора», у которого самый большой охват аудитории. 

13.32. New Times: Согласны ли вы с тем, что, если бы не вопрос про Ленинград, все равно нашли бы, к чему привязаться? 

Винокуров: Я уверен, дело не в вопросе. Хотели отключить — вот и получилось. 

13.34. France Press: Причины отключения политические или экономические? 

Винокуров: Вряд ли здесь есть «что-то экономическое». Мы выгодны операторам, а они выгодны нам. Так что ничего экономического я здесь не нашел. И хоть часто муссировался слух, что вот-вот появится покупатель, который предложит нам «хорошую цену» за телеканал, никто не появился. Так что причины, на мой взгляд, совсем не экономические. 


13.36. Собираетесь ли обращаться к Путину, без согласия которого, кажется, не последовало бы отключения?  

Винокуров: Я не знаю, как наш президент узнает о том, что происходит в стране и в Москве. Последние дни я с грустью вижу, что мы находимся в топе новостей. Если бы президент мог бы вмешаться — мы были бы рады этому.

13.37. Ставили ли вас операторы перед альтернативой делиться бюджетами? 

Синдеева: Такой вопрос периодически поднимается. Дело в том, что российский рынок непрозрачный. И разумеется, бывает, что каналы делятся бюджетами с операторами. Мы попытались полгода назад выйти с обращением к ним, чтобы сделать рынок более прозрачным. Мы думали, что схема может быть такой: популярные каналы не делятся рекламным бюджетом с оператором. А молодые телеканалы, телеканалы с низким рейтингом, которые только наращивают свою аудиторию, платят за размещение в пакете. 

Вариант, предложенный Алексеем Волиным, который звучал так: «Давайте переведем каналы на следующую модель: у кого нет рекламы, не платят операторам; а у кого реклама есть — пусть платят операторам», я считаю полной глупостью. Пока мы не доросли до американской модели, когда, с одной стороны, кабельные телеканалы вкладываются в контент, снимая качественные сериалы, делая интересные программы, а с другой стороны, операторы борются за право размещать у себя в пакетах тот или иной телеканал. 

Смотрите, какая штука: в России около 250 каналов находятся в неэфирной зоне — то есть их можно смотреть только через кабельных операторов. 20 телеканалов — в эфире. При этом 98% всех рекламных денег находятся именно у эфирных каналов, а за оставшиеся 2% борются 250 телеканалов.

13.38. Ростелеком заявил, что готов восстановить «Дождь», если телеканал восстановит свою репутацию. 

13.42. Что и кто является источником ваших проблем?

Винокуров: «У нас есть только предположения. Мы видим внимание к нашему контенту после того, как Навальный опубликовал историю про дачи единороссов. С тех пор мы все время видели, что активно искался повод нас отключить.

13.44. ВВС: Обращались ли вы к премьеру, который раньше поддерживал вас?

Синдеева: Он раньше нас поддерживал тем, что приглашал главного редактора Михаила Зыгаря на свое ежегодное интервью, на которое обычно звали только журналистов четырех эфирных каналов. Сейчас мы не обращались к нему.

Винокуров: Если бы мы понимали, что это может помочь решить проблемы, мы бы это сделали. Но это бессмысленно, мы знаем, что это не поможет.

13.45. Polit.ru: Как быть тем, у кого нет быстрого интернета? Где вас смотреть?

Синдеева: Нас отключили не все операторы. Есть еще около 20, есть спутники, которые принимают сигнал, но, увы, подключиться к ним очень сложно. Именно поэтому мы пытаемся сейчас наладить вещание.

Винокуров: Мы не пытаемся попасть в телевизор каким-то окольным путем. Мы хотим быть законным бизнесом, мы хотим работать с операторами.

13.46 Насколько ваше отключения связано с Олимпиадой? Планировали вы спецпроекты? Лишают ли вас аккредитации?

Синдеева: Два наших корреспондента летят на Олимпиаду, аккредитации не лишают.

Винокуров: И мы не планируем ничего критического. Нет у нас штаба разработки критических решений.

13.47. Reuters: Вы готовы менять редакционную политику? 

Синдеева: Нет, мы продолжаем делать свою работу, и делаем ее качественно, объективно, честно. Нам нечего менять.

13.48. Что вы готовы сделать, чтобы изменить свою репутацию, которую вам вменяет в вину Ростелеком? 

Винокуров: Честно — не знаю. И пока не понимаю, что имеется в виду.

13.48. РСН: До конца 2014 года вы собираетесь отдавать сигнал бесплатно. Как вы будете зарабатывать деньги?

Винокуров: Повторю в девятый раз. 80% прибыли телеканала идут от ТВ- и интернет-рекламы. Мы готовы пожертвовать доходами от дистрибуции, чтобы не потерять доход от рекламы. И главное — мы хотим остаться телевидением, без операторов кабельных сетей это невозможно.

13.51. (Неясный, очень путаный вопрос про претензии операторов.)

Винокуров и Синдеева (хором): У нас вообще нет никаких претензий к операторам. 

Винокуров: «Мы понимаем, с чем связано их поведение, и не хотим лить масло в огонь. Мы сейчас сделали им очень заманчивое предложение и ждем их ответа».

13.52 РИА: Вы окупаетесь? И когда начнете? 

Винокуров: План 2014 года предусматривал небольшие убытки. В следующем мы готовы были выйти на break even. В целом, можно было бы рассчитывать на прибыль и в этом году, но слишком многое зависит от обстоятельств.

Синдеева: А я верю, что мы выйдем в прибыль!

13.53. Не появилось у журналистского коллектива желания покинуть телеканал «Дождь»?

Синдеева: Пусть на этот вопрос ответит Тихон Дзядко, зам главного редактора телеканала. 

Дзядко: У журналистского коллектива не возникло такого желания, скорее наоборот. Мы продолжаем работать.

13.54. «Эстонское телевидение»: Расскажите, в чем вы видите свои ошибки? Опрос про блокаду был корректный?

Синдеева: Первая ошибка заключалась в некорректной формулировке вопроса. Вторая ошибка лежит на редакторе соцсетей, который мог бы переформулировать предложение, но, так как на канале все происходит очень быстро, сотрудник не успел. Мы быстро исправили свои ошибки — вопрос сняли за 12 минут и после тут же извинились. 

Винокуров: Да, иногда бывают ляпы, и наш эфир не так профессионален, как на BBC. Многие наши сотрудники раньше не работали на ТВ. Возможно, молодость — наша главная ошибка, которая, как известно, исправляется быстрее всего. Но, с другой стороны, мы не можем найти людей старше 45 лет, которые могли бы интересно рассуждать о политике.

13.57. Что больше всего раздражало в политике вашего телеканала? 

Синдеева: Я думаю, что наша независимость. Нам нельзя было позвонить и уволить главного редактора, изменить сетку вещания. Мы действительно единственный частный канал России. И закрытие такого телеканала — очень плохой сигнал для бизнеса и для инвестиционного климата.

14.01 «МК»: Припачкин говорит, что рейтинги телеканала все время снижались, а формат менялся? Как вы относитесь к этим претензиям?

Винокуров: Ну вот кто здесь считает, что наш формат поменялся? Никто. А рейтинги — штука жестокая. Есть несколько вариантов подсчета: есть данные у кабельных телеканалов, а есть социологические исследования, которые показывают, что наши рейтинги растут.

Синдеева: Иногда операторы используют свой «внутренний» рейтинг в переговорах, но при этом их нам не показывают. Во всех же рейтингах, которые видели мы, у нас все хорошо.

14.02. New Times: Как ведут себя ваши зрители, абоненты?

Винокуров: У нас есть информация, что наши зрители активно общаются с операторами. Также есть информация, что наши зрители хотят выступить с коллективным иском к операторам. Со вчерашнего дня я слышу еще один вопрос: «Если вы закроетесь, что будет с подписками?» Я думаю, что мы не закроемся, но если это случится, то деньги мы вернем.

14.03. Russia-InfoCentre: Когда в нашей стране можно будет жить цивилизованно, но все еще интересно?

Винокуров: А вы не ошиблись дверью?

Синдеева: Я думаю, что многое зависит от нас. Я сделала телеканал, он мне приносит удовольствие. Пускай каждый окучивает свою грядку, и тогда жизнь станет лучше.

14.06. Журнал «Деньги»: Есть мнение, что ваш канал — шредер для денег. Когда вы планировали отбить все инвестиции?

Винокуров: В этом году мы значительно сократили убытки, в следующем году (в 2015–2016 годах) планировали получать прибыль и возвращать инвестиции. Когда мы составляли бизнес-план, мы ориентировались на западные новостные каналы. К сожалению, с точки зрения бизнеса в России есть только один канал, на который мы равняемся, — РБК-ТВ. Когда мы сможем достичь такого же уровня, мы сможем зарабатывать деньги. Я уверен, что эти прогнозы осуществимы. Кстати, совсем недавно обсуждалась история с ОТВ, которым не хватило денег. Мы в отличие от них умеем делать телевидение дешевле. Никаких сомнений, что мы будем получать прибыль, нет.

14.08. Говорят, что суммарно вы вложили в телеканал около 40 миллиардов долларов. Это так? 

Винокуров: Бизнес-инвестиция — это такая штука, которая не всегда бывает удачной. Иногда ее будущее зависит от политических или экономических ситуаций. Мы предпочитаем пока не раскрывать наши активы и долю вложенных денег, но, если у нас появится партнер, мы, безусловно, все цифры ему покажем. 

 14.12. Синдеева (завершая пресс-конференцию)Я все думаю над вопросом, что мы будем делать и обратимся ли мы за помощью к Путину. При худшем развитии событий я обращусь к президенту. Я буду до последнего биться за этот канал.


За час до начала пресс-конференции на «Дожде» владелец телеканала Александр Винокуров сделал предложение кабельным телеканалам, опубликовав его в фейсбуке.

«Мы решили предложить нашим партнерам — российским кабельным операторам — временный льготный период для трансляции нашего телеканала. Мы готовы до конца 2014 года отдавать наш сигнал всем российским кабельным операторам БЕСПЛАТНО начиная с 1 февраля 2014 года.

Берите наш сигнал, включайте «Дождь», увеличивайте абонентскую базу, теперь нет препятствий для сотрудничества».

 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter