Районные блоги Атлас
Войти  
Журнал  

Свежий номер

«Терпеть больше нет сил, хуже уже быть не может»

Валерия Приходкина, челябинская правозащитница, член ОНК, рассказала БГ, как и зачем в колонии под Копейском пытают людей

  • 11444
 

ИТАР–ТАСС

24 ноября стало известно, что в колонии строгого режима №6 под городом Копейском в Челябинской области начался бунт. Заключенные развернули на крыше одного из зданий плакат: «Люди, помогите».

Правозащитники сообщают, что ОМОН силой разогнал людей, собравшихся у колонии (по большей части родственников заключенных), 26 человек задержали. По версии полиции, задержаны молодые люди, которые в состоянии алкогольного опьянения нарушали общественный порядок и нецензурно ругались.

Что происходит внутри стен колонии — достоверно неизвестно. В прессе и социальных сетях появляются сообщения о том, что 1,5 тысячи заключенных объявили голодовку с требованием прекратить пытки и издевательства, которым они подвергаются в колонии. По версии пресс-службы ГУ ФСИН по Челябинской области, 250 человек требуют ослабить режим содержания и освободить нескольких осужденных из штрафного изолятора.  

БГ спросил местную правозащитницу, члена Общественной наблюдательной комиссии Челябинской области Валерию Приходкину, что произошло и что могло стать причиной конфликта.

Валерия Приходкина
Валерия Приходкина

Член ОНК Челябинской области

«В субботу был родительский день. Люди приезжали с самого утра, некоторые — издалека, на длительные свидания. Их остановили у двери без объяснений, но было ясно — внутри что-то происходит. И вдруг в колонию начинает заезжать ОМОН, какие-то еще службы, вплоть до пожарных машин. Среди родственников началась паника.

Все, что мне удалось узнать: заключенные устроили забастовку, вышли во дворики, требований не выдвигали, обратно заходить отказывались. Причем замначальника ГУ ФСИН Челябинской области Сергей Агарков сначала объяснил присутствие ОМОНа учениями. Мы сразу подумали — какие учения в родительский день?

Напряжение росло, родственники скапливались. К вечеру сложилось ощущение, что внутри колонии идут боевые действия: были слышны крики, кто-то бегал по крышам, затем вывесили полотно с надписью «Люди, помогите». На место выехали члены ОНК, но внутрь их так и не пустили. А когда они уехали, около 23.00, началось побоище. Били палками, наотмашь, без разбора.

Из наших коллег там осталась только Оксана Труфанова. Ее довели до начальника колонии и сообщили, что заключенные захватили вышку и в зону ее не пустят. Выставили за территорию, мы говорили с ней по телефону, и вдруг — крики, связь обрывается. Выяснилось, что ОМОН кинулся на людей, начал разгонять родственников. Оксану ударили по голове дубинкой, она потеряла сознание. Про пьяных молодых людей, о которых говорят в официальных источниках, мне ничего не известно. Думаю, это чепуха. Кто в основном приезжает на свидания в колонии? Мамы, жены — они и стояли на морозе с утра у закрытых дверей.



Были слышны крики, кто-то бегал по крышам, затем вывесили полотно с надписью «Люди, помогите»

Что точно вынудило людей пойти на бунт, пока никто вам не скажет. У нас до сих пор нет информации, только слухи множатся — что заключенных вывозят в сторону Перми, что один человек погиб.

Колония, конечно, проблемная, мы там бываем чаще, чем где-нибудь еще.

Если приезжаешь на зону, а заключенные молчат или говорят, что у них все хорошо, верить, что там пионерский лагерь, не стоит. Рассказывать начинают только в одном случае — если терпеть больше нет сил и хуже уже быть не может. В Копейске, видимо, так и было.

У нас сейчас на разборе в прокуратуре дело о гибели Николая Коровкина. Следователи возятся с  июня, отказывают во всем. У нас множество свидетельств того, что его просто забили до смерти. Версия начальства — умер от СПИДа четвертой степени. Только он в колонии провел всего два месяца после суда. Так что или что-то случилось на зоне, или в колонию отправили тяжело больного человека. Нашелся свидетель избиения.

Другой заключенный, Даниил Абакумов, оказавшись в СИЗО, рассказал подробности, написал заявления. А его вернули в колонию. Что с ним случилось потом, я даже рассказывать не могу, но видеозапись показаний выложена в интернете — там и шантаж, и избиение, и изнасилование. Пытки.


Ходят слухи, что тем, кто очень любит жаловаться, ломают руки

Почему все это происходит? Выбивают деньги из родственников.  Для колонии, для себя — не знаю. У нас же идет реформа, колонии должны быть оборудованы по европейским стандартам. А денег нет. Вот родные и покупают вещи — от вентиляторов до игровых приставок. Хочешь УДО? Ищи деньги. Хочешь, чтобы твой сын или муж были в порядке, чтобы его не лупили там? Ищи деньги.

Точных тарифов и ставок нет, они ничем не гнушаются. Кто-то настольные лампы возил, кто-то — унитазы. Причем родственники брали кредиты, покупали эти унитазы в обмен на условно-досрочное. Родители постоянно жалуются, что все основания для УДО есть, а не дают — семья рассчитаться не может, нет у них денег. Вот и из Коровкина деньги выбивали.

В тюремной больнице лежит еще один заключенный. 30 лет парню, травма шеи, головы, наполовину парализовало. Упорно говорит: неудачно упал с кровати.

Да, ходят слухи, что тем, кто очень любит жаловаться, ломают руки. У меня подтверждений нет, но в Челябинской области очень распространена такая травма — перелом пальцев, который заканчивается ампутацией. Особенно в этой колонии, несколько случаев. Что произошло, никто не признается. А что ты скажешь, если тебе даже пальцы уже вырвали?

Это ЧП без внимания Москвы, конечно, не останется. Только вот четыре года назад у нас в соседней колонии, первой, забили заключенных, четверых — насмерть (как установил суд, в колонии №1 инсценировали бунт, чтобы скрыть издевательства над прибывшими по этапу заключенными. — БГ). 18 человек получили сроки, начальник ГУ ФСИН области Владимир Жидков — 4 года условно. Он умер в феврале.


К рабскому труду, унижениям, к круглосуточным избиениям и пыточным условиям их не приговаривали

Новый начальник Владимир Турбанов  работает совсем недавно, весной назначили. Отношения с ним складываются неровно: на жалобы правозащитников он реагирует ровно обратным образом.

Да, в этой колонии сидят в основном те, кто «по строгому режиму» и не в первый раз. Но наше государство само признает, что 30% заключенных в тюрьме находятся незаслуженно, а на самом деле их еще больше. Но нас, правозащитников, кто за что сидит, не касается. Люди и люди. Их суд приговорил к лишению свободы. К рабскому труду, унижениям, к круглосуточным избиениям и пыточным условиям их не приговаривали. Нет такого закона».

 
реклама