Атлас
Войти  

Также по теме

Торф уместен

  • 1336

иллюстрация: Тимофей Яржомбек/KunstGroup Pictures

Любители ирландского виски знают сорт Tullamore Dew, но не все с ходу скажут, что происходит он из маленького графства Оффали (население — около 70?000 человек), западная граница которого проходит по реке Шаннон. Здесь 42?000 гектаров торфяников, которые занимают 21% территории графства.

В 2005 году в графстве построили новую электростанцию, Вест-Оффали, мощностью 150 МВт. Не бог весть что — Шатурская ГРЭС-5 обладала близкой мощностью еще в середине 60-х (тогда она тоже работала на торфе). Но Вест-Оффали — крупнейшая из трех ирландских торфяных электростанций, которые вместе обеспечивают 5% энергетических потребностей страны.

Когда прошедшим летом горели ­подмосковные (и не только) торфяни­ки, губернатор Мособласти Борис Громов предложил обводнить — залить водой, превратить в болота — 60?000 га торфяников во вверенном ему регионе. Площадь, сравнимая с торфяниками Оффали.

Станция Вест-Оффали потребляет 1,24 млн тонн торфа в год.

По данным ООО «Шатурторф», запасы торфа на его месторождении — в Шатурском районе Подмосковья плюс еще в Рязанской и Владимирской областях — 60 млн тонн. То есть электростанции ­размером с Вест-Оффали хватило бы лет на 50.

По прикидкам Громова, обводнение торфяников займет два года и обойдется в 20—25 млрд рублей. Станцию Вест-Оффали тоже строили два года и потратили на это 250 млн евро, то есть 9,75 млрд рублей по нынешнему курсу.

А теперь, собственно, вопрос.

Что умнее: потратить время и деньги на создание болот, которые, наверное, не будут гореть и поставлять в Москву зловонный смог, но и вряд ли чем еще порадуют окружающих, — или построить за те же время и деньги две-три станции вроде Вест-Оффали?

В Московской области не хватает электроэнергии. Два года назад область приняла стратегию развития энергетики, в которой среди прочего говорится, что годом раньше в Подмосковье не удовлетворили заявки на подключение к сетям на общую мощность около 4 МВт. Как трудно подключить электричество в новом доме, ­знает всякий, кто пытался. А у кого дом не новый, регулярно матерится, набирая номер областной сетевой компании: электричество постоянно отключается. Сетевое и генерирующее оборудование изношено (степень износа в той же стратегии оценена в 49%).

Избытка рабочих мест в Подмосковье, особенно дальнем, и в прилегающих областях тоже не наблюдается. Если строить торфяные электростанции, получится обеспечить работой сперва строителей (1,5 млн человеко-часов за двухлетнюю стройку одной станции, подсчитали ирландцы), затем работников торфопредприятий (например, в ирландском Bord na Mona, для которого Вест-Оффали — крупнейший клиент, около 2?000 сотрудников) и энергетиков (ирландскую станцию обслуживает 41 человек).

Но все это — какие-то нерусские рас­четы. Кому здесь не наплевать на 41 рабочее место? И кому не лень считать эти человеко-часы? Все равно их обеспечат смуглые ребята, которые, никем не посчитанные и не пригретые, бродят сейчас меж дач с мантрой: «Начальник, рабо­та есть?»

Мы с ирландцами похожи не только тем, что одинаково любим выпить, а выпив, громко и нестройно петь. «Среди всех народов они самые веселые и самые грустные, самые беспокойные и самые послушные, самые талантливые и самые непродуктивные, самые практичные и самые мечтательные, самые набожные и самые что ни на есть язычники. Эти невероятные противоречия вечно воюют в их крови», — это про кого сказано? Американец Гарольд Фредерик написал так про ирландцев, но это он не знал наших.

Между Боно и Юрием Шевчуком больше сходства, чем различий.

Но болота вместо лежащего под ногами энергоресурса — это не по-ирландски, это — исключительно по-нашему.

Торф — это по сути биотопливо. Его запасы в России растут сейчас быстрее, чем торф успевают добывать — в основном для сельскохозяйственных нужд и мини-электростанций. Если его никуда не надо везти (это накладно, слишком много его нужно, чтобы обеспечить электростанцию), торф дешевле угля и в некоторых случаях — даже газа.

Но воняет-то прямо сейчас, и срочно требуются несложные действия. Неконтролируемый природный вонизм подрывает доверие народонаселения к власти, заставляет важных людей возвращаться из отпуска и эвакуировать пчел, витает он даже, страшно подумать, в коридорах Кремля. Каждый грамотный управленец знает: воняет — жми на слив. Польется вода, и проблема будет ликвидирована.

Впрочем, есть у болота одно всепобеждающее достоинство по сравнению с электростанцией. Станцию видно, и она производит электроэнергию. Исследовать болото на предмет следов тех самых 20—25 млрд рублей — работа для аудитора высочайшей квалификации. Такого ни у нас не сыскать, ни даже в Ирландии какой-нибудь.
 






Система Orphus

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter