Технологии перестают быть просто инструментом общения — сегодня они становятся частью отношений. В рамках совместного проекта HSE Art and Design Store и дейтинг-бота Blurrr «Не все встречи случайны — некоторые сгенерированы ботом» художники рассуждают о том, как цифровая среда меняет восприятие связи и доверия и какие формы близости существуют сегодня.

Автор: Алина Колоскова

«Большой Город» узнал лично о любви и новых формах доверия у некоторых участников выставки, которую можно увидеть до 15 июля в пространстве на Малой Пионерской.

 

 

Ника Хахаева: «Любовь сегодня — это не про свечи и серенады»

Любовь сегодня — это не про свечи и серенады. Это про странные ракурсы с фронталки, про «ты тут?» в мессенджере, про экранное дыхание. Это когда твой любимый человек ест гречку, а ты смотришь на него через пиксели. Близость становится не вещью, а действием — тем, что мы выбираем делать снова и снова, несмотря на расстояние и задержку связи.

Моя серия называется «Фотоальбом». Это живопись по видеозвонкам — коллективные селфи, где люди будто бы рядом, но каждый в своей комнате, в своем освещении, на своем экране. Где картинка чуть сбита, где лица плывут, где кот залез в кадр — и все это вдруг становится очень трогательным и настоящим. В этих глюках и просвечивает то, что я называю цифровой нежностью.

Я не верю, что технологии нас разобщают. Они нелогичны, странны, но помогают быть ближе. Помогают делиться тишиной, смотреть друг на друга без повода, просто быть «на линии». Да, это не идеальный контакт, зато в этом есть честность.

Мне важны маленькие, будничные формы любви. То, как человек включает камеру, когда ты просишь. То, как вы вместе молчите. Иногда я думаю, что технологии — это просто еще одна форма касания. Не кожа к коже, а взгляд к экрану. И если между нами есть желание остаться на связи — даже через искажения, задержки и шум — значит, это уже что-то настоящее.

 

 

Алена Лабудева: «Близость — это спонтанная искренность»

Я думаю, что мы часто путаем доступность с близостью. Даже несмотря на то, что сейчас «близость» доступна практически каждую секунду — мы всегда на связи с нашими любимыми в мессенджерах, но только когда мы рядом с кем-то, мы по-настоящему можем быть в моменте. Но, конечно, это интимный аспект: если ты прячешься в тексте, это не близость. А если ты оголяешь в нем душу, то почему бы и нет? Для меня в этом плане очень хорошо работают видеозвонки, даже если кто-то не хочет подключаться с камерой, что бывает довольно часто. Я всегда включаю ее сама, потому что так я чувствую большее включение и сопричастность к процессу. Ну и кружочки в телеграме — не знаю, как бы я без них жила. У меня даже есть собственный пак эмоциональных «круглых» стикеров. Близость — это спонтанная искренность. Думаю, что технологии помогают быть ближе тем, кто этого действительно хочет.

В проекте Range (0.81) мы с моей соавторкой Аней размышляем о том, как меняется цифровой след и идентичность человека на протяжении всей жизни и как это проявляется через тренды в общении, какие паттерны меняются с возрастом, какие привычки образуются, на чем делается акцент в том или ином возрасте. Скриншоты очень наглядно помогают отследить эту эволюцию: наша героиня рождается, растет, влюбляется, находит друзей, теряет их, расстается, находит работу и в конце даже кидает внукам открытки в вотсапе! Для меня эта работа совмещает в себе основные сферы для высказывания, которые я сейчас исследую как художник: медиа, технологии и их взаимодействие с витально-человеческим.

 

 

Катя Попченко: «Стрелу Иван-Дурак выпустил, а забрать — не забрал»

Большинство работ в разные периоды моей практики были и есть про внутренние переживательные чувства. Мои работы на выставке — это книга, которую невозможно закрыть, и «стрелы любви». Внутри книжки послание для сказочного Ивана-дурака, который, как было написано в русской народной сказке «Царевна-лягушка», пустив стрелу, находит ее у лягушки. Это приводит к его женитьбе на ней, поскольку, по условию царя, на кого стрела упадет, на том он и женится. Так как моя работа, конечно же, основана и на личном опыте, эти три стрелы уже напоминают трофеи Царевны-лягушки, которая не дождалась Ивана и ушла, оставив записку. Стрелу Иван-дурак выпустил, а забрать — не забрал. Так что, если возвращаться к вайбу работ, это скорее такая веселая грусть.

 

 

Катя Афонина: «Чувства формируют наше восприятие жизни, и их надо ценить, ведь именно они дают нам то самое ощущение жизни»

Для меня близость — что-то очень хрупкое, как будто все хотят ее и в то же время боятся своей уязвимости, прикасаясь к этому чувству. Поэтому в работе Lovers Box я обращаюсь к материалу керамики. Lovers Box — одновременно хранилище и ритуальное пространство, в котором память о любви остается даже после уничтожения ее следов. Работа сделана к 14 февраля для передачи, хранения и сожжения слов о любви. Этот объект — об акте хранения и сохранения как маркеров новой роскоши.

Я убеждена, что чувства формируют наше восприятие жизни и их надо ценить, ведь именно они дают нам то самое ощущение жизни.

 

 

Полина Абина: «Всегда веселее что-то смотреть вместе»

В своей видеоработе Love Digital Objects я создала копии разных технологий, которые помогают людям проводить время вместе: игровая приставка, телевизор, компьютер и другие. Всегда веселее что-то смотреть вместе, играть по сети не одному, а с друзьями или вообще с новыми людьми. Эту работу я готовила специально для выставки, так как тема онлайн-пространств и взаимодействия людей внутри них входит в зону моих интересов как художницы.

 

 

Дарья Арбузова: «Мне хотелось передать романтическое, интимное настроение, некую фантазию о физической близости»

Работа, представленная на выставке, называется Venus in Scorpio… Is a Curse и входит в мой проект Sublime Wish, который я продолжаю развивать. Проект концентрируется на теме сексуальности и желаний, прослеживает их трансформацию с приходом цифровизации. Sublime Wish — это мистический фикшен, в котором желание не принадлежит никому, а поиск другого становится мифом об отказе от границ между «я» и Cетью. Для меня было важно в контексте данной темы использовать как цифровые, так и аналоговые техники, как результат — большие полотна с диджитал-живописью, в которой я одновременно сочетаю нейросетевые коллажи, цифровые инструменты рисования и традиционную графику. Если говорить о вайбе работы, то мне хотелось передать романтическое, интимное настроение, некую фантазию о физической близости, содержащую в себе при этом ощущение «зуда» и навязчивых мыслей, которые, как насекомые, расползаются в сознании и не дают уснуть.

 

Фотографии: HSE Art and Design Store