От борьбы с собственным телом до борьбы с системой, от семейных тайн до исторических фейков. Редакция «Большого Города» рассказывает о семи пронзительных книжных новинках про то, как оставаться человеком перед лицом предрассудков, травмы и давления системы — и где проходит грань между нормой и аномалией.

 

«Аномалии»

Гильермо Арриага

Новый роман мексиканского писателя и сценариста Гильермо Арриаги, автора фильмов «Сука любовь», «21 грамм» и «Вавилон», в котором исторический антураж XVIII века становится фоном для современного разговора о страхе перед инаковостью. В центре сюжета — захватывающее морское путешествие к далеким культурам, где сталкиваются европейские предрассудки и неизведанные миры. Арриага переплетает в романе несколько линий: конфликт отцов и детей, историю любви, способной на прощение, и кровную месть, которая передается из поколения в поколение. Каждый герой книги оказывается перед выбором: остаться в плену собственных страхов или попытаться понять другого, даже если это кажется невозможным. Автор мастерски исследует природу предрассудков и силу свободы выбора, задаваясь вопросом: что делает человека человеком и где проходит грань между нормой и аномалией? 

«Я есть жир» (18+)

Татьяна Столяр 

Откровенное исследование 15-летнего опыта борьбы с лишним весом и поисков мира с собственным телом от журналистки Татьяны Столяр. Автор честно рассказывает о безуспешных попытках похудеть с помощью диет, тренировок и даже препаратов, так и не приведших к гармонии. При написании книги Татьяна запустила эксперимент с художниками Алексеем и Антоном Яковлевыми, предложив им рисовать не тело, а свои внутренние психологические состояния. Результатом полутора лет работы стали более 40 графических портретов, переплетенных с текстами Столяр в самых разных жанрах. Этот литературно-художественный проект — смелая попытка переосмыслить стыд и принять себя, превратив личную боль в искусство. Услышать историю из первых уст можно по подписке в «Яндекс Книгах».

«Холокаустик»

Альберто Кавилья

Давид Пиперно — молодой римский еврей; он переезжает в Израиль и мечтает стать режиссером фантастических фильмов. Пока его сценарий никому не нужен, зарабатывать на жизнь Давиду приходится записью видеосвидетельств последних выживших в Холокосте для музея Яд ва-Шем. Когда живых свидетелей почти не остается и Давид рискует потерять работу, он решается на аферу: выдает бездомного Мордехая за чудом обнаруженного узника концлагеря. Обман некоторое время работает, но затем разоблачение одной фальшивки запускает непредвиденный процесс: под сомнение начинают ставить уже не вымышленную историю Мордехая, а сам Холокост. Яд ва-Шем оказывается дискредитирован, отрицание Катастрофы стремительно распространяется, возвращается открытый антисемитизм, а в мире рушится сама система исторической достоверности. Давиду приходится искать способ восстановить правду, которую он сам помог разрушить, — с помощью еще одного, в буквальном смысле чудовищного, фейка. Сатирический и намеренно провокационный роман о памяти Холокоста, отрицании Катастрофы и мире, где граница между историческим фактом и убедительной ложью становится все менее очевидной.

«Холодные ночи детства»

Тезер Озлю

Автобиографический роман-исповедь о борьбе женщины за право быть собой в мире, который пытается ее сломать. Героиня, выросшая в патриархальной Турции 50-х годов, бежит в Европу в поисках свободы, но и там не находит покоя, а после возвращения на родину попадает в психиатрическую клинику, где проводит пять лет под шоковой терапией. Воспоминания из Стамбула, Берлина и больничных палат переплетаются в единый поток, где время теряет линейность, а границы между реальностью и кошмаром стираются. Автор безжалостно и поэтично исследует темы женской идентичности, любви, безумия и давления системы — семьи, религии, государства. Этот роман, написанный за шесть лет до смерти Озлю, критики сравнивают с произведениями Сильвии Плат и Джин Рис за его смелость и эмоциональную силу.

«35 июля. Но это не точно»

Аня Федорова

Дилогия Ани Федоровой, в которой две повести связаны общей атмосферой взросления и поиска себя на рубеже эпох. Первая часть, «35 июля», погружает читателя в детство девочки Ани из приволжского городка, где школьные будни, тамагочи и семейные застолья постепенно уступают место взрослым проблемам — разводу родителей, безденежью и смене ценностей на исходе 90-х годов. Вторая повесть, «Но это не точно», рассказывает историю уже взрослой женщины Кати, которая остается одна с сыном Степой, у которого врачи подозревают аутизм, и ей приходится полагаться только на собственную интуицию в борьбе за его будущее. Обе части объединены темой памяти, любви и того, как детские травмы и семейные тайны формируют нашу взрослую жизнь. Федорова мастерски передает бытовые детали уходящей эпохи — от телевизора и запахов до тревог и надежд, — создавая объемный портрет поколения, выросшего на стыке двух веков.

«Дверь в дверь»

Ариэль Магнус

Книга рассказывает историю Хайнца Магнуса — немецкого еврея, который в 30-е годы бежал из Германии в Аргентину и поселился в Буэнос-Айресе в одном доме с ярыми поклонниками Гитлера. Через семейную историю автор исследует феномен сосуществования либеральной и нацистской немецких общин в Аргентине, каждая из которых имела свои клубы, газеты и бани. Погружаясь в прошлое страны, охотно принимавшей иммигрантов, Магнус размышляет о сложностях идентичности, глубокой неприязни и о том, возможно ли примирение между потомками палачей и жертв. Несмотря на серьезность темы, книга, по отзывам критиков, пронизана тонким юмором и сочетает документальное исследование с историями из жизни семьи автора.

«Секрет матерей»

Софи де Баэр

Автор переносит читателя во французскую деревню 60-х годов, где женщина, осмелившаяся нарушить правила, платила за это своим положением и будущим. Колетт, сбежавшая из родной деревни в Морване, возвращается, чтобы ухаживать за умирающей матерью, и неизбежно сталкивается с призраками прошлого. В центре этой истории — таинственное исчезновение ее старшей сестры Марты в июле 1969 года, о котором в семье запрещено говорить. После смерти матери Колетт решает во что бы то ни стало раскопать правду, и то, что она обнаруживает, переворачивает все ее представления о близких и о себе самой. Роман поднимает важнейшие темы запретной любви, осуждения и той цены, которую приходится платить за право быть собой.

Фотографии: обложка — 5, 4, 2, 1 — No Age, 2 — «Альпина.Проза»,  3 — Издательский дом «Книжники», 4 — Ad Marginem, 5 — «НЛО», 6 — Individuum, 7 — Издательство «Фантом пресс»