«ЧаО»: Русалочка в неоновых волнах

Пару слов о тех, кто все это сделал, — потому что уже по завязке понятно, что простой сказки тут не будет. Studio 4°C — это японская студия, которую в 1986 году собрали выходцы из Ghibli и которая с тех пор честно отрабатывает амплуа главного хулигана и авангардиста индустрии: пока Хаяо Миядзаки и Макото Синкай гладят зрителя по голове акварельной нежностью, эти ребята трясут его за плечи кислотными цветами, искаженными пропорциями и вырвиглазной эстетикой. В России их больше всего знают по «Первому отряду». В мире же они известны как авторы мрачного (и культового) «Железобетона», трилогии «Золотой век» по манге «Берсерк», «Аниматрицы» и — внезапно — культовой видеоигры Catherine — о парне, который днем разбирается в отношениях с тремя очень странными девушками, а ночью в одних трусах удирает от женоподобных чудовищ и философствует с антропоморфными овцами в масках. И именно с последней у «ЧаО» неожиданно находится больше всего общего: обе работы, в сущности, об одном и том же — об эксцентричной, перевернутой с ног на голову любви, которая под всеми слоями странности остается все той же простой историей про «он, она и непонимание».

«ЧаО» (который, кстати, тайно ото всех делали аж семь лет) — очень типичный для студии фильм в самом хорошем смысле слова. Для фанатов Studio 4°C это абсолютный мастхэв, праздник узнавания на каждой минуте. Всем остальным имеет смысл дочитать до конца, чтобы понимать, на что вы подписываетесь. Ближайший ориентир здесь — тот самый «Железобетон»: мрачное аниме о двух мальчишках-беспризорниках, выживающих в фантасмагорическом мегаполисе под угрозой сноса. От «ЧаО» его отделяют 20 лет, тон и сюжет, но роднит ДНК: сумасшедшей плотности прорисовка городской среды, искаженные пропорции героев, визуальная насыщенность кадра, в которой глазу буквально некуда деться. Только если «Железобетон» был мрачным и медитативным даже в своей дикости, то «ЧаО» — это в чем-то даже очень нежная история любви (пускай и в кислотных оттенках).

Дебютант Ясухиро Аоки, до этого работавший аниматором у великого Сатоси Кона и режиссером нескольких эпизодов культового аниме «Космический Денди», словно боится, что зритель сбежит, если кадр продержится на экране дольше двух секунд. Ракурсы крутятся, как карты в руках крупье, монтаж рубит сцены на неровные куски и склеивает их обратно в каком-то лихорадочном джазовом ритме. Цветовая палитра орет неоном, дизайн персонажей балансирует на грани карикатуры и хоррора, а ЧаО в своей русалочьей форме — вообще какой-то уже Дзюндзи Ито. И все это сосуществует на одном экране с гэгами в духе классической ромкомовской комедии, производственной драмой об инженерном расследовании (винты на судах корпорации режут на части морских обитателей и людей) и сатирой на корпоративную этику. Жанровый коктейль такой плотности, что в какой-то момент перестаешь даже пытаться его расшифровывать — просто плывешь по течению, как Стефан после очередной приливной волны от тестя.

И тут стоит сразу сказать про главное «но». Визуальное безумие и режиссерский азарт словно пытаются компенсировать проблемы сценария — он тут откровенно схематичный. Если разложить его на составные части, окажется, что это очень простая, местами почти примитивная история: классическая ромкомовская формула «они встретились, поссорились, поняли друг друга, а заодно внезапно спасли мир», слегка приправленная экологической повесткой и сатирой на корпорации. Авторы как будто сознательно решили: раз у нас такая необычная форма, на содержание можно слегка «забить» — зритель и так не заскучает. Конфликты разрешаются скороговоркой, второстепенные линии (тот же репортер Джуно, в сюжете как сбоку припека) не докручены, а финальный твист считывается задолго до того, как фильм его эффектно раскроет. Это кино, которое держится не на драматургии, а на чистой витальности — ритме, рисунке, настроении, безумной харизме своей героини и обаятельной растерянности героя. Иногда этого хватает, но чаще — не очень.

И все же по итогу «ЧаО» оставляет странное послевкусие — как будто посмотрел не фильм, а чей-то очень яркий и сбивчивый сон о любви. Парадокс в том, что вся эта визуальная и жанровая вакханалия в финале складывается в очень камерное, почти трогательное высказывание о том, что любовь к по-настоящему другому существу — это всегда немножко хоррор, всегда столкновение с чужой биологией, чужой логикой и чужим миром, и единственный способ это пережить — перестать требовать, чтобы партнер был на тебя похож. Под всем этим аляпистым неоном, жабрами и волнами прячется на удивление взрослая мысль — настолько взрослая, что фильм сам, кажется, немного стесняется ее произнести вслух и поэтому прячет за фейерверками.

Так что да — сценарно «ЧаО» не выдающееся кино, и превозносить его на одной волне с лучшими работами Миядзаки или Кона не стоит. Но это отличная авторская анимация и один из самых эффектных фильмов в каталоге Studio 4°C за последнее десятилетие. Если вы любите анимацию — пропускать не стоит. Если вы любите японскую анимацию — пропускать вдвойне глупо, это вполне буквально один из ярчайших релизов года. Ну а если вы поклонник студии и их необычных работ, то с «ЧаО» вы, уж простите за каламбур, уже помолвлены.