В исторической драме «Восставший» говорят, и говорят много. Однако еще больше здесь проливают кровь. У героя нового фильма Пола Гринграсса появляются сторонники и, конечно же, находятся последователи, ведь дело нешуточное — борьба с богачами. Но уж очень странный у этой истории конец.
«Восставший» / The Uprising
Режиссер
Пол Гринграсс
В ролях
Эндрю Гарфилд, Джейми Белл, Том Холландер, Томасин Маккензи, Кэтрин Уотерстон
Режиссер Пол Гринграсс, который прославился боевиками о Борне, а также фильмами по мотивам реальных событий (главный приз Берлинского фестиваля за «Кровавое воскресенье»), предъявляет зрителю всю правду жизни в Англии XIV века и так называемого Восстания Уота Тайлера. Суть конфликта вечная, а напомнить о прошлом всегда полезно.
Когда-то эта земля была свободной. Теперь она скована цепями и стонет под игом жадных лордов. Знать купается в роскоши, пока честной народ прозябает в нищете. Плати, как говорится, и кайся. Вот простой люд и отправляется в Лондон, чтобы встретиться с королем. Король же хороший, бояре — плохие.
Англия предстает местом диким, грязным и мрачным. Богачи обращаются с крестьянами как со скотом, обирая их до нитки. Страна увязла в войне, казна опустела, но не трясти же купцов и церковь. И только герой Эндрю Гарфилда, человек без имени, называющий себя Пахарем, выступает против такого порядка. Он устал оплакивать жену и детей, убитых чумой, и терпеть произвол господ, набивающих свои карманы.
В порыве гнева Пахарь призывает жителей деревень к бунту. Так начинается приключение кое-как одетых и вооруженных мятежников, стилизованное, как всегда у Гринграсса, под хронику. Камера репортажно мельтешит, погружая зрителя в средневековый хаос. Фильм берет напором, показывая, как разъяренная толпа, требующая справедливости, штурмует крепости и разрушает церкви. Фирменный стиль режиссера идеально гармонирует с суровостью эпохи.
С одной стороны — гнев народных масс, с другой — коварство придворной свиты. На этом противостоянии и держится вся драма, где режиссер не шибко разбирается в значении крупнейшего антифеодального движения в средневековой Англии. Важнее для Гринграсса — уловить жестокость борьбы.
В эпилоге Пахарь так и вовсе становится былинным героем. Свое «кровавое воскресенье» есть в каждой уважающей себя стране, но трудно объяснить, в какой момент Гринграсс решил превратить крестьянское восстание в легенду о лесном разбойнике, который вершит судьбы королей.
Впрочем, мораль из фильма, сделанного строго и сердито, вынести можно. Если революция и случится, то, скорее, в виде сказки для взрослых, надеющихся на чудо.
ФОТОГРАФИИ: «Парадиз»