Автор: Яся Контарь

Российскую музыкальную индустрию сейчас трясет чуть ли не сильнее, чем во время локдауна: концерты и фестивали отменяются, партнерства прекращаются, а артисты покидают страну. Казалось бы, еще чуть-чуть и отечественная независимая музыкальная сцена погибнет, так и не дождавшись своего расцвета. Однако в конце марта многие музыканты начали возвращаться, а в июне в Москве открылась новая крупная площадка Summer Stage — поп-ап Main Stage на Дубровке, но под открытым небом и с вместимостью больше 2 тысяч человек (по крайней мере так говорят организаторы).

Арт-директор площадки — Павел Камакин, много лет работающий в «16 тоннах» и недавно попавший в скандал, после того как в клубе на «1905 года» выступила певица Юлия Чичерина. Однако напрямую «16 тонн» и Summer Stage не связаны. «Проект не имеет отношения к „16 тоннам“, разве что через меня», — заявляет Камакин. Впрочем, и на второй площадке есть неоднозначные позиции в программе: помимо Ishome и Tesla Boy, там, например, выступит Гарик Сукачев, известный своими провластными взглядами.

За пару дней до открытия Summer Stage «Большой Город» пообщался с арт-директором площадки Павлом Камакиным о том, зачем открывать новую площадку во время кризиса, не боятся ли создатели конкуренции с Mutabor и почему, по его мнению, музыка должна быть вне политики.

Павел Камакин

Ковид, уныние и создание новой площадки

Идея создания площадки возникла давно — в самый разгар ковида в 2020 году, когда Павел Камакин только познакомился с Марией Полонской. «Тогда все ограничения были в силе, а в индустрии происходило полнейшее уныние. В определенный момент оно достигло своего апогея — Роспотребнадзор начал атаковать все на свете, а концертные площадки окончательно закрыли. Было непонятно, когда этот ад закончится и что делать дальше. В этот момент возникло отчетливое ощущение, что музыка необходима людям как пища», — рассказывает Камакин. Тогда создатели решили действовать от обратного и занялись разработкой новой музыкальной площадки на территории бывшего Шарикоподшипникового завода. «Мы подумали, ну, хуже уже явно не будет. Было такое ощущение, что либо этот проект очень динамично разовьется, либо сразу же схлопнется. С нами случилось первое», — вспоминает он. В январе 2021 года организаторы уже занимались поиском подходящей площадки и проектировкой пространства, а 16 июня на открытии Summer Stage выступили звезды новой электроники Ishome и Kedr Livanskiy.

«Пестрый» лайн-ап, цветные бытовки и летняя реинкарнация Main Stage

Всего до конца сезона на площадке заявлены 40 артистов и музыкальных групп всевозможных жанров и направлений: от классических рока, рэпа и попа до более локальных субкультурных жанров. Помимо концертов, организаторы планируют проводить ночные вечеринки с электронной музыкой.

Сейчас в лайн-апе анонсированы как известные артисты отечественной сцены вроде Вячеслава Бутусова, Петра Налича и Tesla Boy, так и герои меньшего масштаба — «Масло черного тмина», «Щенки» и «Свидание». Также в список попали несколько неочевидных групп и музыкантов — например, LOVV66, Saluki и Гарик Сукачев.

Такая комбинация артистов на одной сцене вызывает много вопросов, однако подобную сборную солянку из музыкантов организаторы называют своей «фишкой» и «концепцией». «Этот пестрый репертуар — отражение моей личности. Я не считаю, что человек, который слушает Вячеслава Бутусова, не может слушать Ishome, Дельфина, LOVV66 или Saluki. В каждом жанре и направлении есть что-то интересное и есть исполнители, которые четко сформировали свой вайб и вдохновение. Мне бы не хотелось ограничивать себя и публику каким-то одним жанром», — объясняет выбор артистов Камакин.

К слову, «пестрым» является не только репертуар площадки, но и ее дизайн. Summer Stage состоит из ярких цветных капсул для вип-зоны с тремя барами, издалека по своей форме напоминающих строительные бытовки, и большим пространством под открытым небом со сценой внутри. Учитывая, что Summer Stage находится на Шарикоподшипниковской улице, окружающий ландшафт легко представить: заброшенные серо-коричневые индустриальные здания, много бетона и стекла, — поэтому цветная летняя площадка выглядит достаточно свежо и даже гармонирует с картингом напротив.

Помимо картинга, рядом с Main Stage и Summer Stage находится огромное арт-пространство Mutabor. Как утверждает Камакин, Main Stage открылся примерно в одно и то же время с Mutabor, и это совершенно разные проекты. Summer Stage, в свою очередь, — летняя реинкарнация Main Stage.

Свою уникальность создатели Summer Stage объясняют, в первую очередь, разнообразным лайн-апом, а еще — наличием укрытия от дождя для вип-зоны, качественным звуком, который обычно не используется на серийных летних площадках, и большой парковкой. Впрочем, соревноваться с Mutabor Summer Stage и не планировал. «Mutabor — это субкультурный арт-клуб, Summer Stage — концертное пространство. Мы не пересекаемся в наших аудиторных амбициях. К тому же Summer Stage — не моногамная площадка, и мы не пытаемся выстроить строгое комьюнити вокруг нее. То, что она находится на одной территории с Mutabor, — это просто супер. У нас тут свой Диснейленд. Пускай побольше будет концертов и вечеринок для людей», — объясняет Камакин.

(Не)политический репертуар, Чичерина и Сукачев

Основная задумка Summer Stage заключалась в составлении как можно более необычного широкого лайн-апа, который бы заинтересовал слушателей разных возрастов и интересов. «В рамках Summer Stage мы собираемся выбирать лучшее из всех жанров и всех аудиторий. Мы находим свой творческий кайф в том, когда артист встречается со своей аудиторией и передает им свою энергию. Этот момент является для нас персональным счастьем и целью. Это счастье можно ощутить и на концерте „АИГЕЛ“, и на концерте Saluki, и на концерте „Курток Кобейна“, и на концерте Ishome, и на концерте Гарика Сукачева», — продолжает он. Впрочем, кандидатура последнего вызывает спорные ассоциации, так как, в отличие от других музыкантов, музыкант открыто поддерживает «спецоперацию» и даже набил у себя на груди татуировку «Родина или смерть».

Такой выбор музыканта Камакин аргументировал тем, что, по его мнению, музыка никак не связана с политической позицией человека. «Я знаю этого артиста много лет и считаю, что его гражданская позиция может быть любой, и это никак не связано с его творчеством. И совершенно точно я не буду менять коней на переправе. Он был таким и год назад, и два. Сукачев, как и Чичерина, просто поют свою музыку, и только сейчас кому-то вдруг стало казаться, что это неуместно», — говорит он.

Выступление Ishome

Ситуация с Гариком Сукачевым напоминает недавний неприятный кейс с вышеупомянутой Юлией Чичериной, выступление которой в клубе «16 тонн» сильно раскритиковали в социальных сетях. Посетители «16 тонн» сочли недопустимым выступление сторонницы «спецоперации» в рок-клубе, а после обвинили Павла Камакина в милитаристской пропаганде.

«Ребят, это позор. Это самая настоящая пропаганда [„спецоперации“], и вы в этом принимаете активное участие», «Паша, это позор», — писали в комментариях под постом с анонсом концерта Юлии Чичериной в Instagram (власти РФ считают Meta Platforms Inc. экстремистской организацией, ее деятельность запрещена на территории страны). В скором времени негативные комментарии удалили, а сам Камакин прокомментировал ситуацию так:

«Лично я не заметил конфликта, хоть и часть этого конфликта, как мне говорили, была направлена лично на меня. Я 20 лет знаком с Юлей Чичериной и за это время сделал ей десяток концертов. Я не считаю, что ее личная гражданская позиция имеет отношение к ее творчеству и песням „Ту-Лу-Ла“, „Жара“ и „Мой рок-н-ролл“, которые она исполняет на концертах. Конечно, у нее есть и отдельный репертуар, который завязан на ее нынешних интересах, но, во-первых, с ним она в „16 тоннах“ не выступала, а во-вторых, я не считаю нормальным кого-либо отменять — как Чичерину, Джанго и Гарика Сукачева, так и «ДДТ» и Noize MC. Все это — очередная попытка запихнуть культуру в политическую борьбу, и я в ней отказываюсь участвовать».

По мнению Павла Камакина, между артистами разных политических позиций нет напряжения: «Все как общались, так и общаются. Я не играю в эти политические игры. И я совершенно не согласен, когда человеческую позицию артиста приравнивают к его творческим высказываниям. Творческие высказывания — это одно, гражданская позиция — это другое. Даже несмотря на то, что Гребенщиков, „Нервы“ и „Би-2“ — достаточно оппозиционные группы... Конечно, они были бы не против выступать на одной площадке вместе с другими заявленными артистами». «Люди выступают на площадках, потому что они хотят показать творчество своей аудитории. Это вся их жизнь, больше у них ничего нет», — продолжает он. Summer Stage в свою очередь просто предоставляет им площадку для выступлений.

Комьюнити и еще одна новая площадка

Интересно, что по своему формату новая площадка Summer Stage скорее приближена к обезличенному «ГлавСlub», нежели чем к «16 тоннам», вокруг которого за 26 лет успело сложиться определенное комьюнити. «Когда зал вмещает более 2 тысяч человек, делать его для отдельного комьюнити — безрассудно», — говорят создатели. Однако осенью Камакин планирует открытие небольшого субкультурного клуба на 500 человек — как раз для отдельного комьюнити. «В нем будут представлены только русские инди-артисты — артисты самого многочисленного, поэтического и брошенного сейчас направления», — рассказывает он.

Среди других планов — сотрудничество с основной площадкой Main Stage, основателем которой является Александр Полонский, и проведение крупных концертов отечественных артистов: «На данный момент у нас есть определенные трудности, связанные с тем, что в репертуаре нет западных артистов, а они традиционно собирают большое количество слушателей. Вдобавок большинство российских артистов, которые смогут собрать 8 тысяч человек, пока не выступают на территории России — это вся наша „запрещенка“: „Би-2“, Гребенщиков, „ДДТ“». Сейчас организаторы ведут переговоры с брянской рок-группой Wildways, крупными рэп-фестивалями и группой «Сплин», которая «пока что не выступает в России, но в перспективе планирует возобновить свои концерты».

Фотографии: обложка, 2, 3, 4, 5 - Тима Балдин / Summer Stage, 1 - Анна Мясина