На фоне спецоперации в Украине многие в очередной раз задумались, уместна ли личная радость в соцсетях в такие времена. Сомнения крепнут благодаря множеству директивных постов о том, что подобный контент сейчас абсолютно неуместен. Часто эти сообщения крайне радикальны и вызывают у адресатов навязанное чувство вины и стыда. С нравственной точки зрения вокруг этого вопроса сформировалась сложная дискуссия с множеством разных мнений, но с психологической стороны все куда однозначнее.

Чтобы не поддаваться на манипуляции и самостоятельно выбирать поведение в социальных сетях, вместе с журналисткой и психологом Александрой Новиковой разбираемся, что сейчас происходит в информационном пространстве.

В чем проблема

С конца февраля люди разделились на несколько лагерей из-за различных точек зрения на то, как вести личные соцсети в кризисные периоды.

Одни считают, что правильнее всего соблюдать режим тишины и воздержаться от публикации фотографий мирной жизни — котиков, еды и счастливых моментов с друзьями. Они убеждены, что такое поведение пользователей соцсетей безответственно и отвлекает внимание от по-настоящему важной повестки.

Другие занимают радикально противоположную позицию и уверены, что такой контент помогает людям держаться и оставаться ментально здоровыми.

Два основных вопроса, ответы на которые могут помочь принять происходящее людям из обоих лагерей, — откуда берется хейт к «молчунам» и почему не все готовы активно транслировать в соцсетях свою позицию относительно спецоперации.

Откуда берется хейт

Вы наверняка замечали, что сейчас повсюду особенно много ненависти и негодования — отчасти это нормально и естественно. Людям нужно выплескивать куда-то тяжелые эмоции, с которыми они столкнулись за последние полгода.

Но далеко не все умеют осмысленно и экологично обращаться со своей агрессией: признавать ее, разрешать себе ее проживать, корректно понимать ее адресата, из-за чего зачастую все напряжение выливается на случайных людей.

Кроме того, многие люди с конца февраля так и находятся в состоянии сильного стресса или даже травмы, а значит, их мозг работает иначе, чем в состоянии покоя.

У мозга есть два центра принятия решений: кора полушарий, ответственная за рациональное мышление, и лимбическая система, управляющая эмоциями. В ответ на стресс активно включается лимбическая система, а префронтальная кора оказывается заторможенной, из-за чего наши решения становятся менее гибкими, более машинальными и импульсивными.

В состоянии неопределенности мы действуем как большинство приматов: вымещаем раздражение на более слабых, начинаем воспринимать нейтральные сигналы как враждебные, резко сокращаем круг людей, которых считаем «своими».

Как отмечает профессор биологии, неврологии и нейрохирургии в Стэнфордском университете Роберт Сапольски, рост агрессии, искажение восприятия и снижение эмпатии означают сужение диапазона выбора в процессе принятия решений. Ученый сравнивает это с туннельным зрением — когда мы четко видим один раздражитель, но не принимаем во внимание множество побочных факторов, которые при ближайшем рассмотрении могут оказаться первостепенными.

Человеку становится как никогда важно понимать, кто для него сейчас друг, а какие контакты могут нести опасность — многое начинает восприниматься черно-белым, без полутонов, в то время как способность к прежней рефлексии временно пропадает.

Почему не стоит обвинять людей в «неправильном» поведении в соцсетях

— Если вы видите только «радужный» контент, возможно, можете испытать раздражение или даже одиночество. Но не стоит делать поспешные выводы о человеке, который продолжает вести обыденный сторителлинг, и его отношении к происходящему — у него могут быть свои причины вести себя именно так.

Сложившаяся ситуация — новая для большинства из нас. Все мы учимся справляться с эмоциями, переживать горе, выстраивать отношения с собой и другими. И не у всех это получается одинаково просто и быстро.

Есть множество копинг-стратегий, которые мы бессознательно используем, чтобы справиться со стрессом. Одни люди вступают в открытую конфронтацию с проблемой, другие собирают вокруг себя единомышленников, третьим проще первое время игнорировать проблему.

Одна часть людей уже вышла из бессознательного реагирования и вернулась к осмысленным действиям, но у другой части все еще вовсю работают защитные механизмы психики.

Это означает, что человек приходит к принятию реальности в своем темпе. Вы можете с ним не соглашаться, он может вызывать у вас раздражение, но если вы попытаетесь ускорить формирование «правильной позиции» и заставить ее выражать с помощью агрессии, скорее всего, вы потратите очень много сил и ничего не добьетесь.

Не у всех психика в принципе готова к постоянному возвращению к тяжелым новостям, а кого-то это и вовсе может привести к ретравматизации при наличии соответствующего опыта в прошлом.

Многие ведут себя в соцсетях определенным, «правильным» образом, потому попадают в ловушку желания быть хорошим для других.

«Если я публикую только важную информацию, значит, я хороший, а остальные — нет», «Что обо мне подумают мои знакомые, если я буду постить котиков и еду?» — так могут звучать автоматические мысли в таком случае.

Но ситуация, в которой вы доводите себя репостами и постоянным думскроллингом до бессонницы и сильного беспокойства, вряд ли является помощью кому-то.

Помощь — даже если это просто распространение информации, которую вы считаете важной и правильной, — лучше оказывать из здоровой мотивации, а не из желания кому-то что-то доказать. Именно тогда она возможна не только на краткосрочной дистанции, но и на длительной, и с меньшей вероятностью приведет к выгоранию.

Соцсети — всегда про субъективную иллюзию правды, а не про объективное восприятие ситуации. Вы не знаете, что на самом деле происходит с человеком, которого читаете, даже если он постит только смузи и рассветы.

Возможно, его блог — способ справляться со стрессом и поддерживать коммуникацию с окружением, а об остальном он предпочитает молчать из соображений безопасности.

Обновленное законодательство подразумевает серьезные штрафы и наказание вплоть до полноценной уголовки за самый разный контент на тему спецоперации. При этом требования этих законов нельзя назвать прозрачными: сложно понять, какие действия в соцсетях точно можно совершать, а какие не стоит. Проявлять осторожность — это нормально.

Почему не стоит реагировать на провокации

— Да, сейчас вы легко можете попасть под горячую руку, продолжая привычный жизнерадостный сторителлинг. Но если чувствуете, что он помогает вам (а, возможно, и кому-то еще) конструктивно справляться со стрессом, лучше дать себе это право.

Если в следующий раз, когда вы незаслуженно станете адресатом хейта в социальных сетях, вы вспомните, что химия нашего мозга в условиях стресса напрямую влияет на наше поведение, возможно, вам будет проще не принимать это близко к сердцу и не отвечать ответной агрессией.

Помните: вы не несете ответственности за реакцию других людей. И, скорее всего, подобные стычки пройдут, когда обществу удастся выйти из кризисного периода.

Жить счастливо и благополучно — вовсе не плохо, просто важно оставаться открытыми и готовыми впускать в свое сознание не только радость, но и боль и несправедливость этого мира. Решать, что именно и с какой частотой выкладывать этично, а что нет, — только вам.

обложка: Michael Burrows — Pexels